Паутина

Я специально ездил в Вену и Берлин, говорил с нашими военными агентами[118] Михельсоном и Занкевичем, они подтвердили. Российское государство имеет границу протяженностью семнадцать тысяч верст. Из них две тысячи двести шестьдесят верст – граница с Германией и Австро-Венгрией. Нам для мобилизации нужен месяц, а немцы заканчивают ее на двенадцатый день. Мы расходуем на оборону два рубля с полтиной, если считать на душу населения. А германцы – пять рублей шестьдесят копеек. Каково? Тут еще наши союзники, черт бы их драл…

– Они-то чем перед вами провинились? – не понял Лыков.

"

"– Мутные, ненадежные. И нарочно стравливают нас с германцами. Слышали про пакет из пяти франко-русских морских соглашений? Там есть секретные статьи. И галлы сознательно разболтали о них прессе, чтобы поднять скандал и стравить нас с кайзером. Получилось некрасиво: мы отрицали наличие статей, а французские газеты цитировали… Кайзер сильно разозлился. Англичане еще хуже. Недавно приезжал Пуанкаре и сообщил Сазонову большую тайну.

О том, что между Францией и Англией имеется устное (Гучков гневно потряс кулаком) соглашение о том, что в случае нападения Германии на Францию Англия вступит с ней в войну. Устное! А если в Лондоне сменится кабинет? Куда они денут свое устное согласие?

Политик перевел дух и опять вернулся к теме близкой войны:

– Германцы формируют два новых корпуса, это сто семнадцать тысяч дополнительных штыков. Принят закон о единовременном обложении капиталов и движимых имуществ в интересах обороны на сумму миллиард марок.

А мы? Никак не утвердим Большую программу усиления русской армии до семнадцатого года. Проект неспешно гуляет по властным кабинетам. Бесценное время уходит. Вы понимаете, чем все это кончится?

– Чем? – с наигранной иронией спросил сыщик, хотя ему было вовсе не до смеха. Гучков высказывал вслух то, о чем сам Алексей Николаевич не раз думал.

– Есть такой молодой генерал Крымов Александр Михайлович. Он в чине капитана возвращался с японской кампании, в эшелоне с мобилизованными солдатами.

Так до сих пор вспоминает ту поездку! И говорит: «Не дай нам Бог еще одну войну! Может быть, мы ее и выдержим. Но вот когда пойдет демобилизация…»

– Значит, поэтому сейчас Джунковский пытается отменить внутреннее осведомление в войсках? – спросил Лыков. – Выполняет ваше поручение?

Гучков хрюкнул с оттенком самодовольства:

– Я еще не в тех чинах, чтобы давать поручения генералам свиты.