Паутина

И не боится никого: ни шахских властей, ни русских казаков.

За спиной Ашота раздались быстрые шаги и стихли: кто-то подсел к разбойному хаджи. А затем до него донесся и тихий разговор. Собеседники общались между собой по-русски! Армянин напряг слух, как только мог, и расслышал несколько фраз. Но беседа быстро прекратилась, двое вышли прочь из ашханы. Тер-Егизар-оглы в последний момент успел повернуть голову и разглядеть русского.

– Уф… – улыбнулся меняла. – Хорошо, что эти головорезы ушли. Не съесть ли нам еще плова, мой молодой друг? Только пусть положат больше кизила, я люблю, когда его много.

– Я прикажу насыпать с горкой, – улыбнулся армянин, стирая с лица озабоченность. – Но мы не договорили про обменный курс рубля. Как вы полагаете, когда табак созреет, он упадет или вырастет? Хочу сбыть партию в Нахичевань-на-Дону. Это город в России, где живут одни армяне. Они помогут. А еще мне скоро привезут ящик швейцарского шоколада «Тоблер». Подскажите, как лучше его продать?

Разговор в таком духе длился еще целый час.

Простившись со словоохотливым менялой и заплатив за обед, негоциант пришел в комнату в караван-сарае, которую снимал уже несколько дней. Соседа как раз не было, и Ашот записал расход в торговую книгу. Пометил: «Обед с почтенным Али-Мирзой. Очень интересные мысли насчет курса рубля к туману. Табак: фабрика Эвморфопуло, надежные. Мануфактура: Вырапаев, скидки».

Пора было превращаться из покупателя курдючного сала обратно в поручика. Как там Ардебильский отряд? Стрелковая подготовка в его отсутствие запущена… Но, когда разведчик выехал на восток, его ждало еще одно происшествие.

Он остановился в саманном караван-сарае между Урмийским озером и Тавризом. Такие сооружения выстроены на всех главных дорогах через каждые тридцать – тридцать пять верст, подобно этапам в Сибири, где отдыхают в пути партии каторжных… Торговец готовился отужинать, когда вдруг из облака пыли возникли двенадцать всадников. Физиономии у них были самые что ни на есть разбойничьи.

Шахсевены! Главарь шайки велел всем торговцам выстроиться в ряд и показать вещи. Тер-Егизар-оглы уже не раз проходил такую процедуру и знал, чем она закончится. Вот и сейчас он предъявил главарю – другие называли его курбаши Гейдар – рекомендательные письма от Сурен-бека и нескольких других аксакалов. Негодяй изучил бумаги и скривился: письма были серьезными, такого путника лучше не грабить. Но и совсем отпускать армянина Гейдар не собирался.