Паутина

Наш царь-батюшка – немного мистик и любит принимать решения под влиянием высших сил. Но, боюсь, все много проще. Черниговский губернатор хорошо подражает голосам птиц и очень смешит своими дарованиями царских детей.

– То есть? – не понял Лыков.

– Ну, я все сказал.

– А я таки не понял.

– Чего ты не понял? – вспылил Виктор Рейнгольдович. – Мне тоже говорили об этом знающие люди. Николай Алексеевич Маклаков понравился государыне, поскольку хорошо развлекал великих княжон и цесаревича. Ловко птиц передразнивает!

– А… но… нет ли еще коньяку?

Генерал нехотя направился к буфету.

Когда солидные люди выпили еще по полчижика, сыщик спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Про Джунковского. Правду говорят, что он того…

– Педераст? – уточнил Гучков.

– Да.

– Не пойман – не вор.

– Он давно в Москве, а вы недавно из Москвы. Хорошо знакомы с генералом?

– Разумеется, мы знакомы. Более того, можно сказать, что у нас приятельские отношения. Поэтому, Алексей Николаевич… как там в сказках говорится? Не ешь меня, добрый молодец, я тебе еще пригожусь, вот.

– И он, сделавшись товарищем министра внутренних дел, снимет с вас филерское наблюдение? – настаивал Лыков.

– Снимет. Мы с ним это уже обговорили. И вообще, с его приходом вас ждет много новых веяний.

Алексей Николаевич понял, что пора закругляться. А еще что с Гучковым теперь придется дружить. Если не хочешь остаться без места…

Глава 9

Что за этим последовало"

"Выйдя от Таубе, Лыков пешком отправился на Фонтанку, 57, в здание МВД. Ему хотелось не спеша обдумать услышанное.

Макаров со дня на день уйдет – это он уже знал. А вот Джунковский… Алексей Николаевич не состоял с московским губернатором в знакомстве, но много о нем слышал. Из пажей, служил в Преображенском полку вместе с нынешним государем, когда тот был еще цесаревичем. Отец – директор канцелярии генерал-инспектора кавалерии, которым тогда был великий князь Николай Николаевич Старший. Значит, смолоду сынок обретался среди сильных мира сего, а это накладывает отпечаток. Из полка Владимир Федорович довольно быстро выбыл в адъютанты другого великого князя, Сергея Александровича. Тут пятно в биографии, поскольку молва обвиняла князя в нетрадиционных половых привязанностях. Гучков сказал: не пойман – не вор. Верно, но осадок остался.

Еще молва приписывала Джунковскому тягу к позерству и заискивание перед либералами. Ну, это надо поглядеть… Ясно одно: опыта управления полицией у московского губернатора нет. Он дилетант в таких вопросах.