Однажды я выберу тебя

Я умолять не стану, – я почувствовал ком в горле и закашлялся, но Дарлин все поняла.

– Ох, милый, – проговорила она. – Ты невероятный и удивительный. И если кто-то этого не понимает, будь то хоть сам полубог, клянусь, он ни черта не стоит. Правда. Знаю, что мои слова не помогут, но…

– Я буду иметь их в виду.

– Как бы я хотела тебя сейчас обнять.

– Я тоже. Но, черт возьми, ты не хуже Опры можешь заставить людей плакать. – Я тяжело вздохнул. – Как дела с адвокатом Сократом?

Дарлин жила в доме Викторианской эпохи по соседству с отцом-одиночкой, боровшимся за опеку над маленькой дочкой.

– Тебе лучше не знать, – пробормотала она.

– Потому что ты безумно счастлива? – спросил я. – Об этом я точно хочу знать. Мне никогда не станет хуже от твоего счастья.

– Да, Макс, – призналась она. – Знать, что ты нашел подходящего для себя человека… Ничто не может быть лучше, в буквальном смысле.

Я прислонился лбом к стеклу.

– Я не такой, как ты, Дар.

– Шестнадцать, – проговорила Дарлин.

Из меня вырвался смешок.

– Повтори еще раз.

– Прежде чем все станет по-настоящему плохо, тебе могут растоптать сердце шестнадцать раз.

– Серьезно?

– Ага. Это наука. Итак, а у тебя… сколько? Три?

– Настоящих три. Трэвис, смерть Карла, родители.

– По моим подсчетам, осталось еще тринадцать. И только тогда стоит бояться поскользнуться.

– А за сколько идет полубог?

– За пять, – авторитетно заявила она.

Я рассмеялся, хотя при мысли о том, что Сайлас окажется в списке потенциальных разбивателей сердец, у меня екнуло в груди.

– С математикой не поспоришь, так ведь?

– Не я создаю правила науки.

Я засмеялся еще громче.

– Ну, кажется, я свое дело сделала, – проговорила она. – Черт, опаздываю на репетицию. Мне нужно идти, но только если ты и правда в порядке. Я могу ее отменить. Или сказать, что опоздаю?

– Ни за что. Иди.

– Ладно. Я люблю тебя, Максимилиан. Будь осторожен и позвони мне на днях.

– Конечно. Я тоже тебя люблю.

Я повесил трубку и улыбнулся про себя. Если с отцом ничего не выйдет, у меня есть Дарлин. И Даниэль. И Малькольм. Друзья, которых я люблю. И я им тоже дорог. Я хотел бы воссоединиться с кровными родственниками. Но у меня есть и другая семья. Друзья, которые принимают меня таким, каков я на самом деле.

* * *Я направился в кухню.