Не бывшие

С Максимом я и близко подобного не испытывала и, наверное, не испытаю больше никогда в своей жизни. Но ведь одной любви порой бывает недостаточно — я успела в этом убедиться.

Дениса, конечно же, не останавливает мой жест. Он упирается грудью в мои ладони, заставляя почувствовать стальные мышцы под пальцами. Такой крепкий и горячий, что можно обжечься.

— Только попробуй меня тронуть, — шиплю ему в лицо.

— И что будет, Юль? — спрашивает он, перехватив меня за запястья и крепко зафиксировав руки над головой. — Что ты мне сделаешь?

Его лицо слишком близко к моему — буквально в нескольких сантиметрах.

Отвожу голову немного вправо, но продолжаю посматривать на бывшего мужа. На ровную смуглую кожу лица, которая значительно темнее моей. На мелкие, едва заметные морщинки под глазами, которых раньше не было. И длинные угольно-чёрные ресницы. Денис красивый яркий мужчина и всегда таким был.

— Я… я расцарапаю твоё лицо.

— Не убедила, — усмехается он.

— Думаешь, шучу? Только дай мне возможность.

Я пытаюсь высвободить руки, дёргаюсь так отчаянно, будто меня бьёт током, и злюсь на своё бессилие. Глубокие чёрные глаза бывшего мужа загораются знакомым огоньком. Обычно они становятся такими от желания.

Когда Денис возвращался домой после лекций, я готовила ужин и активно виляла бёдрами, нарочно соблазняя его.

— Послушай, Денис, я уже попросила прощения. Разве этого недостаточно?

— Юль, я в курсе, как меня за глаза называют, — произносит он спокойно, продолжая удерживать запястья и нависать надо мной нерушимой скалой.

— Знаю. Прости… — Я тихо постанываю, ощущая, как затекают конечности.

Денис придвигается ближе, его горячее дыхание щекочет висок. Прикрыв глаза от блаженства, чувствую, как он начинает меня целовать. Сначала нежно и неторопливо — в щёку, краешек губ, затем за ушком. Он ведь прекрасно знает, как именно мне нравится.