Невольница любви

Раньше мне это удавалось.

— Этот мистер Нокс говорит, что мы возвращаемся в Англию, — сообщила Мегги. — Пройдет несколько месяцев, прежде чем мы окажемся на суше. Боюсь, нам не удастся ускользнуть.

— В Эль-Синуте я научилась терпению, — возразила Индия. — Как только мы окажемся в Лондоне, я улизну от своего родственничка. Мои родители закрыли городской дом, но я проберусь в Гринвуд. Из слуг там остались привратник с женой. Мы постараемся не встретиться с ними. Я немедленно отправлю мужу послание. Конечно, на это уйдет немало времени и мое дитя, вероятно, родится раньше, чем приедет Кейнан-реис, но мы встретимся.

Обязательно встретимся. Ну а тем временем я превращу жизнь Томаса Саутвуда в ад. Этот отважный дурачок обращается со мной как с ребенком! Он заплатит за это!"

"Корабль медленно выдвигался в канал, прорытый между маяками, охранявшими гавань. Шторм бушевал с прежней силой. Приблизившись к маякам, Том велел бросить якорь и спустить две шлюпки с четырьмя гребцами в каждой. Матросы бесшумно проникли в маяки и, связав смотрителей, заткнули им рты.

Подав фонарями сигнал готовности, шлюпки, теперь уже с двумя гребцами в каждой, вернулись на корабль, а оставшиеся двое опустили цепь.

Суденышки подплывали к маякам еще несколько раз, перевозя пленных. Те немного оправились от испуга, поняв, что останутся в живых. Двери маяков заперли снаружи. «Король Карл» вышел из гавани и снова встал на якорь, пока оставшиеся члены команды поднимали цепь и гребли к кораблю.

Ураган набирал силу, вокруг не было видно ни зги, дождь бил в лица, но обратной дороги не было.

«Король Карл» оказался в открытом море. Оставив командование в руках Болтона, Томас Саутвуд открыл дверь своей каюты и вовремя успел увернуться от кувшина с водой, брошенного Индией.

— Идиот! Помоги тебе Аллах, когда мой муж узнает, что ты наделал! Арудж-ага обыщет все моря, и когда схватит тебя и снесет твою глупую голову с плеч, я и глазом не моргну!

— Это благодарность за спасение? — взорвался Том.

 — Ты так и осталась испорченной девчонкой, Индия!

— Мне девятнадцать. Том, — вздохнула Индия, неожиданно став серьезной. — В девятнадцать лет мама уже дважды выходила замуж, родила двоих и была беременна третьим.

Бабушка произвела на свет мою мать и носила дядю Джеймса. В этой семье просто нет женщины, которая не повзрослела бы к девятнадцати! Почему ты упорно обращаешься со мной как с младенцем? Я замужняя женщина и довольна своей судьбой.