Невольница любви

Когда-нибудь и ты найдешь свою суженую, старый приятель.

— Да, ты прав, была такая женщина, которую я любил, — последовало поразительное признание, — но все в прошлом. Кроме того, в моем положении жена — ненужная роскошь. Во времена султана Селяма , н его жена Сулеймана: янычарам не позволялось жениться. Думаю, так даже лучше. Осторожность — плохое качество для воина. Побеждают те, кто не страшится безоглядно броситься в битву. Женатый мужчина слишком боится за судьбу семьи.

— Но разве ты не хочешь сыновей?

— Думаю, у меня их немало, хотя и разбросаны они по всему побережью, — пошутил Арудж-ага.

— Посланец из Стамбула просит разрешения предстать перед тобой, повелитель, — объявил он.

— Он не может подождать, Баба Гассан? Завтра я принимаю просителей, — заупрямился дей.

— Боюсь, нет, — развел руками евнух.

— Я оставляю тебя, друг мой, — вмешался Арудж-ага.

— Нет! Ты капитан янычар и должен знать все, что касается государственных дел. Я доверяю тебе, как немногим.

Евнух бесстрастно кивнул и, поклонившись, удалился, чтобы немедленно вернуться в сопровождении высокого, очевидно, закаленного в сражениях человека с пышными усами — непременной принадлежностью янычар. Незнакомец почтительно склонился перед деем.

— Говори, — коротко приказал тот.

— Повелитель, у тебя гость. То, что я должен открыть, предназначено только для твоих ушей, — запротестовал посетитель.

— Это Арудж-ага, капитан янычар.

— Значит, ты сторонник янычар, повелитель?

— Я поддерживаю тех, кто желает благоденствия нашему господину султану Мураду, да живет он тысячу лет, и верно служит ему, — последовал осмотрительный ответ."

"— Я привез тебе привет и поклон от всех обитателей янычарских казарм. Имя мое — Гуссейн-ага. Дело, по которому я приехал, крайне важное и деликатное. Могу я положиться на твое слово не передавать никому то, что будет сейчас сказано?

Кейнан-реис кивнул.

— Слушаю тебя.

— Повелитель, султан наш молод. Совсем еще мальчик, который не сможет принимать самостоятельные решения еще несколько лет. Все в руках женщины, валиде. Такое положение немыслимо, и Аллах этого не допустит. Власть и дворец султана должны быть очищены от нечистого женского влияния.

— И каким образом вы намереваетесь этого достичь? — сухо осведомился дей. — Убить валиде и править самим от имени султана?

— Все куда сложнее, повелитель.