Невольница

 — Что случилось? Чего ты так испугалась?

Молчу. Ком в горле душит.

Гордей все-таки дергает меня к себе, снимая с подоконника, ставит на ноги и разворачивает лицом."

"— Что такое? Ты же была такая смелая? — вкрадчиво спрашивает он, цепляя пальцами мой подбородок. — Чего ты испугалась, детка?

— Я не буду развлекать твоих гостей! — отвечаю, дергая подбородком. Пусть не трогают меня.

— Каких гостей? Я никого не приглашал. Что ты тут себе нафантазировала?

— Не надо… — снова дергаю подбородком, но мужские пальцы сжимаются сильнее, вынуждая меня смотреть в глаза цвета крепкого кофе.

А Гордей надменно усмехается, качая головой.

— И что, по-твоему, должно произойти? Мы разделим тебя на троих? Одновременно? Или по кругу пустим? Ну подскажи мне, насколько извращенная у тебя фантазия? — издевается надо мной. Молчу, сжимая губы. — Это всего лишь охрана, детка. Не будешь бегать — вообще с ними не познакомишься.

— Я похожа на опасную рецидивистку? — огрызаюсь на стрессе. — Зачем меня охранять трем мужикам? Думаешь, сам не справишься? — тоже оскаливаюсь, как загнанный в угол зверь.

— Стал сомневаться после твоих утренних выступлений, — усмехается снова, надевая маску обаятельного мужчины. Отпускает меня, закрывает окно и задергивает штору. — А если серьезно, то, как бы ни была приятна твоя компания, у меня есть дела поважнее. Охрана — подмена.

Двигает кресло на место, пока я пытаюсь отдышаться, настороженно за ним наблюдая.

— Ты еще хочешь связаться с бабушкой? — выгибает бровь.

Киваю. Гордей открывает шкаф, снимает с вешалки черное платье и кидает его на кровать.

— Тогда надень это платье, приведи себя в порядок и спускайся вниз. Ужин стынет. У тебя десять минут. Никого, кроме тебя и меня, там не будет.

Сволочь!

Меня начинает потряхивать, когда стресс и шок отпускают.

Я действительно хотела спрыгнуть с окна?

Я реально сошла с ума.

Глава 6

Таисия

Надеваю чертово платье, смотря на себя в зеркальную дверцу шкафа. Если быть объективной, то платье мне нравится. Но я от злости и отчаяния с удовольствием разорвала бы его сейчас на лоскуты.