Казачий спас

В чувство его привел задумчивый голос старого казака:

— Влюбился?

Гриша невольно вздрогнул и, смутившись, задвинул клинок обратно в ножны.

— И чего стоишь? — вдруг спросил старик с ехидной усмешкой.

— А чего делать-то? — не понял парень.

— Казачьему спасу ты хорошо обучен, это я сразу увидел. Вот и потешь старика. Спляши с ней. Глянем, как моя красавица руку твою примет.

— Что, правда? Можно? — не поверил Гриша своим ушам.

— Нужно, сынок. Пошли, — решительно заявил старик и первым захромал к выходу.

Григорий сбежал с крыльца и, отступив от дома на десяток шагов, замер, держа саблю в левой руке.

Тело отозвалось на привычное состояние сосредоточенности сразу, словно ждало. Правая рука парня одним движением вымахнула саблю из ножен, и воздух застонал, рассекаемый острейшим клинком. Гриша играл саблей, словно и вправду сражался. А когда все закончилось, очнулся стоящим на одном колене, с вытянутой вперед саблей. Левая рука продолжала сжимать ножны обратным хватом, обратив их в защиту.

— Силен, — одобрительно кивнул старый казак.

 — Потешил старика. Любо. Давно я такой доброй пляски не видел.

— Да и я, признаться, с самого испытания так не плясал, — ответил Гриша, слегка задыхаясь от переполнявших его чувств.

— Умойся и в дом ступай, — скомандовал старик, забирая саблю.

Когда вошедший в мазанку Гриша увидел хозяина, то растерялся. Тот сидел перед накрытым столом, положив перед собой саблю и какой-то узелок, и задумчиво попыхивал трубкой. Увидев парня, он жестом указал ему на место перед собой и, молча налив чаю в кавказский грушевидный стаканчик, тихо сказал:

— Смотрю, легла тебе красавица моя в руку.

Да и на душу тоже. Так?

— Так, дяденька, — не стал лукавить парень. — Словно сама в пляске руку вела.

— То добре, — кивнул старик. — Значит, признала она кровь твою. И вот что я тебе скажу, казак. Забирай ее.

— Да как же так, дяденька?! — растерянно ахнул парень. — У вас же небось и наследники есть. Тоже род казачий.

— Нет. Сгинули мои наследники. Дочка одна осталась, — грустно вздохнул старик.

 — Давно уже мужняя жена, да только не казак он. Хоть по роду и в реестре пишется.

— Разве ж так бывает? Чтобы по роду да по реестру казак, а по делу…

— Бывает. Не казак, купец. От службы откупается и сынов откупает, пузо отрастил, что баба на сносях. С какой стороны к коню подходить, и забыл уже. Все на бричке катается, что тот барин. Вот и выходит, что нет у меня наследника. Да и не хочу я, чтобы настоящий булат абы кому достался.