Неподходящий

Его взгляд, однако, принадлежал Кире от и до: пристальный и опаляющий и без того взбудораженные нервы. Так смотрят на очень, очень желанных взрослых женщин очень взрослые мужчины. С усмиренным на глубине зрачков огнем, над которым давно установлен контроль, с четким пониманием собственных потребностей и с масштабным планом по их воплощению.

Мальчики этого не умеют. И парни тоже.

А Кира... Кира, кажется, всегда мечтала, чтобы на нее смотрели только так и никак иначе.

Сергей молчал, и она тоже не нарушала наполненную ожиданием тишину.

Прежде не балованная встречами с почти обнаженными мужчинами в реальности, Кира зависла на проступающем через ткань боксеров очертании эрегированного члена. Внутри заворочалось ленивое, еще немного пресыщенное томление. Кожу закололо упавшими искрами возбуждения, и от разрастающегося внутри нетерпения Кира невольно чуть заерзала на столе, пока не осознала, наконец, что обнажена.

Стало неловко, и она быстро села, как раз когда Сергей шагнул вперед. От резкого подъема образцово закружилась голова: с тьмой в глазах, шумом в ушах, мурашками по телу и полной дезориентированностью в пространстве.

Не успевшая поймать равновесие Кира покачнулась, всерьез рискуя то ли завалиться обратно и хорошо приложиться затылком о твердую поверхность, то ли, напротив, позорно рухнуть куда-то на пол.

Однако Сергей успел ее придержать, и Кира с облегчением выдохнула. Вращение перед глазами замедлилось, чувства возвращались в норму.

— Ты чего? — Хриплый и взволнованный голос вытеснил навязчивый шум.

Кира открыла глаза, ощутив немного похолодевшей от недолгого онемения кожей переходящий к ней от Сергея жар.

— Все хорошо, — прошептала она сипло и поморщилась от сухости в горле.

Сергей держал ее за плечи и продолжал с беспокойством рассматривать.

— Точно?

— Да, — Кира успокаивающе улыбнулась, хотя внутри тревожно билось сердце. — Уже все прошло.

Хмыкнув, Сергей покачал головой. Его глаза теперь лучились легким весельем.

— Перепугала меня. Я, конечно, слышал, что оргазм— это «маленькая смерть»...

Кира рассмеялась.

— Я вообще-то моложе тебя, — заметила она дразняще. — Рано мне на покой.