Научись любить, если сможешь (СИ)

— Как ты заколебала, сучка характерная! — грубо хватает меня и тащит к машине. Хоть он и относительно щуплый, но всё же мужик и сил у него явно больше. Открывает дверь, пытается запихнуть меня в салон. Ну а я… Верещу во всё горло, брыкаясь, как дикая кошка.

И знаете что? Всем плевать! Да, именно так. На улице достаточно много людей, но все они делают вид, что ничего не замечают и идут по своим делам дальше. В этом мире, очевидно, даже если будут убивать, никто и внимания не обратит. В какой же момент, человечество свернуло не туда?

Ощущаю мощный толчок в затылок и глухо вскрикиваю.

"— Да, завали ты свою пасть! — отчим рычит у самого уха и с новой силой толкает меня внутрь, нога подворачивается, и я, потеряв координацию, больше не могу упираться. Ещё один толчок и как безвольная кукла влетаю головой вперёд в салон автомобиля. А в следующее мгновение слышу матерную очередь Толика, резко поворачиваю голову и вижу, как Гора буквально поднял его от земли и держит убогого за грудки с таким гневом, что даже мне становится страшно за него.

— Миша, отпусти его! — сама не замечаю, как перешла на “ты”.

— Что он с тобой сделал?

— Ничего, всё в порядке. Отпусти его скорее, он же сейчас задохнётся!

— Ты его знаешь? — возвращает Толика на землю, но всё ещё удерживает.

— Да. Он… он мой родственник. Типа…

— Типа? — в недоумении переспрашивает Гора с сомнением в голосе.

— Это мой отчим.

Миша, наконец, отпускает его и хлопает по груди.

— Мужик, так она почти дочь тебе! Какого ж хрена, ты так грубо с ней обращаешься?

— А ты ещё кто такой?

— Дядь Толь, вы бы не сердили Михаила, он очень серьёзный парень.

— Э-э-то что, он твой хахаль, что ли? — закудахтал он.

— Ага, — на автомате отвечаю я, но мгновенно понимаю, что сейчас выдала. — Нет, то есть я хотела сказать…

— Ага, дядь Толь, Лара со мной, — Миша дёргает меня на себя и прижимает к своему боку, взвалив на мои плечи свою тяжеленную лапищу.

— Чего?! — тяну, пребывая во всевозможных шоках.

Миша ещё крепче прижимает мою тушку к своему каменному телу и довольно скалится.

— Так, что если ещё раз увижу, что ты мою девчонку достаёшь, разговор будет совсем другим. Сегодня, считай, мы с тобой просто познакомились.

— Охренеть… — отчим чешет в задумчивости голову и подвисает.

— Малыш, а где твоя обувь? — хмуря брови, спрашивает “мой парень”.

— Порвались, — брякаю и заворожённо смотрю на него, поражаясь гениальной актерской игре.