Научись любить, если сможешь (СИ)

— Куда? — говорю тихо, чтобы Юля ничего не заподозрила и не напугалась.

— Миша, лучше дай мне пройти, если не хочешь, чтобы я раскрыла свой рот и выложила всю правду. Мы же не хотим нанести ребенку травму? Ведь так? — поднимает она брови и выразительно смотрит.

Сука, подловила. Знает, как и чем сейчас может манипулировать. И как бы мне не хотелось збавиться от нее, но придется впустить. Лучше так, чем она пришла бы к нам домой, когда меня не было б дома.

— Только слово скажешь не в ту степь, и я сверну твою тоненькую шею, — отступаю в сторону и закрываю за ней дверь.

Прошу дочь снова удалиться в свою комнату и когда она уходит, хотя бы минимально могу дышать.

— Чего тебе?

— Я вернулась. Планирую, как и хотела открывать в нашем городе свой бизнес в бьюти-сфере.

— И?

— И я хочу видеться с дочерью.

— А ты не охуела, такие заявления делать?

— Миша по закону я имею на это право, и ты это знаешь. Запрета суда на встречи нет, а если ты будешь препятствовать, то я, как раз таки могу обратиться с исковым заявлением на определение порядка общения с ребенком.

Хватаю ее за руку и дергаю на себя.

— Пошла вон отсюда! — гаркаю так, что стены трясутся.

— Давай, напугай ребенка, кричи еще громче, — усмехается она.

Сжимаю ее руку, отчего Олеся начинает морщиться, и тащу ее к выходу.

— Папа, это ты кричал? — слышу за спиной обеспокоенный голосок.

Ослабляю хватку и Леся, тут же юркает за меня и двигается к Юле.

А я понять не могу, почему моя дочь, которая всегда боится чужих людей, спокойно стоит и даже проявляет интерес к своей недоматери. Неужели чувствует что-то?

— Хочешь поиграть в пони, — Юля вытягивает вперед руку с игрушкой.

— Конечно! Покажешь мне свою комнату?

“Я убью ее. Я убью ее. Я убью ее”, — проносится в голове, но по факту я сам сейчас умираю. Гнию заживо и разваливаюсь на желейные куски.

Пять минут, десять, пятнадцать… Столько проходит времени, пока они играют и пока я напряжен до предела, раскален до максимума.

— Ой, а как тебя зовут? — спохватывается Юля.

— Олеся, — улыбается змея.

— Я уже в школу хожу! — внезапно хвастается дочь.

— Как это в школу? Ты же еще маленькая.

— А это необычная школа. Она английская! — гордо произносит она, а у меня кровь стынет в жилах.

— Юля! Не надо всем подряд рассказывать о себе, — не выдерживаю и говорю с раздражением.

— Почему? — смотрит с недоумением, затем переводит взгляд на Олесю и хитро улыбается.