Наследница (СИ)

Но она поднималась, у ног словно позванивали тонкие желтые лютики, а терн сросся в сплошную фиолетовую стену лабиринта, в котором нет выхода, кроме как к дому.

Ясмин чувствовала, что ей управляют, но все равно шла. И очень надеялась, найти хоть кого-то из прислуги. Тёрн был богатым тотемом, ходили слухи, что глава тотема сама и с постели не встаёт. Одна из доверенных слуг укладывает ей волосы, другая подбирает платье и надевает сапожки, а третья белит личико и наносит макияж. Ей приносят чай и краткие записи новостей, и делают массаж плеч, пока она внимает известиям.

Слухи, конечно, но презабавные.

Лабиринт кончился неожиданно, вышел просветом в заброшенный зелёный сад. Под ногами вместо пушистой садовой травы стелилась нечесанная осока.

— Здравствуй, Ясмин.

На секунду простое «здравствуй» заставило ее споткнуться на ровном месте. Не «доброго рассвета», а «здравствуй», как если бы Фло тоже была землянкой. Но нет, Фло была дочерью Варды до мозга костей и стояла прямо перед ней.

От кукольной красоты, от чёрных волос, белых рук, синих глаз, распахнутых в деланном удивлении, перехватывало дыхание. Как если бы Белоснежка вышагнула на белый свет, сбросив сказочный покров книги, и встала под самое солнце. Внешность, от которой было невозможно отвести глаз, портили три красных мокнущих рубца, два из которых пересекались на переносице, а третий бороздил скулу. Ненависть Ясмин разъедала эту бессмертную красоту даже восемь лет спустя.

— Доброго… Здравствуй, Фло.

Никаких титулов. Ясмин приняла это обращение легко, и удивление Фло на миг стало неподдельным. Наверное, теперь ее ненависть была так же страшна, как когда-то ненависть Ясмин. Она смотрела на неё искала признаки неприязни, но не находила. Фло была совершенно свободной от тех чувств, которую наполняли саму Ясмин.

Их юные годы складывались отвратительно.

Фло — заводила и негласный лидер группы — избрала Ясмин мишенью для острословия.

Никто не обращался к ней напрямую, но никто не запрещал обсуждать в аудитории признаки незаконнорожденного происхождения или неудачные опыты. Даже расположившись за соседней партой, даже глядя в глаза. Садизм, лишенный и без того тонкой социальной шкурки, обнимал юную и сказочно прекрасную Фло, подобно невидимому доспеху. И против него не было оружия.

— Цветок Ясмин, ты знаешь три правила Варды?

— О, лилии, как стыдно потерять букву имени.