Наследница (СИ)

— Единственное, что Бриар смог сделать для меня, — Лия невесело усмехнулась. — Может теперь я стала и не особенно ему интересна. Ему нравится побеждать, разгадывать и исследовать, а я уже прогнулась. Попросила.

Мысленно Ясмин согласилась."

"— Не подавай виду, — посоветовала она. — Будь ты хоть на атомы разобрана, он все равно пару раз вернётся, чтобы проверить, как ты. Выжила ли. Будешь валяться в ногах, уйдёт счастливый, а будешь счастлива без него, сразу занервничает. Охотникам всегда кажется, что после них жизни нет.

Девчонки засмеялись.

Уже к вечеру, когда прощались, одна из них — знать бы кто — шепнула:

— Будь осторожна завтра, тотем Таволги не играет честно.

* * *

Утром Ясмин с трудом съела тост, пересоленное яйцо, а чай вылила в раковину. Сознание было холодным и ясным, как свежевымытое стекло.

Мастер Эгир буквально на днях стал мастером с оружием третьего порядка. Необычайно высокий прогресс для его возраста. Вполне возможно, что и на нем потопталась Чернотайя. Теоретически, оригинальная Ясмин с оружием четвёртого порядка превосходила мастера Эгира, но вот практически…

Она могла проигрывать технически.

Получив титул в восемнадцать, она осталась без наставника, а книги не давали должного объема практических знаний. А если тотем Таволги не играет честно, то мастер Эгир будет много сильнее третьего порядка. Он может использовать приемы Таволги, если получил одобрение главы. Он может использовать его силу, если тот сумеет передать ему цветок тотема. В отличие от Ясмин, Эгир тренировался под руководством опытного бойца, отличившегося в войнах с Риданой. Он выгодно смотрелся на фоне самоучки Ясмин.

Его самоуверенность имела под собой фундамент.

У Ясмин из козырей был только Белый цветок. Ее собственный. И множество способов его использования, но, к сожалению, теоретических. Она тренировалась пару раз с Консулами, но быстро бросила эту затею. Цветок брал взрывную площадь в десяток метров, и Ясмин пока не удалось сделать атаку более ювелирной. Она не умеет драться, не умеет выяснять отношения силовым методом и, ко всему прочему, лишена спортивной злости.

Единственное, на что хватило ее уверенности — сменить наряд. Ну бегать же по чертовой арене в платье.

Из дома она вышла сосредоточенной, задрав нос повыше.

— Пожелай мне ни пуха, ни пера, — сказала она мастеру Молнии.

Тот ошарашено замялся. Даже через чёрную вуаль ее жёг изумленный взгляд.

И пусть смотрит, подумала Ясмин с раздражением. Она бы все равно долго в юбках не протянула.