Мы – Гордые часть 8

— Тогда я освобождаю тебя от магической клятвы. Твоя кровь принадлежит с этого момента только тебе.

Касаюсь ее рукой, легкая вспышка — и вот она обессилено обмякает в кресле.

— Свободна, — по ее лицу покатились слезы.

— Будто до этого я тебя в чем-то притеснял, — обиженно буркнул я."

"— Нет, не притеснял, — вдруг резво перебралась она на мои колени. — И вообще, ты лучший, и сложись все иначе, глядишь, я бы поборолась за твое тело. Но увы, я знаю, кто я, и сидеть на месте не смогу. Как и подчиняться кому-либо.

Долгий поцелуй, и вот она уже сидит на своем прежнем месте.

— А теперь к делу. Начну по порядку — город. Тут все напряжено. Народ шушукается по кабакам, обстановка накалена, и того и гляди, город встряхнут бунты.

Многие производства, ранее контролировавшиеся убитыми аристократами, потеряли хозяев, а те, что сохранили, пытаются их удержать. Желающих половить рыбку в мутной воде всегда было достаточно, а сейчас, так тем более, потому как власти как таковой в городе нет.

Старое начальство замерло, ожидая указаний из дворца, а новое назначить может только действующий император. Сформированное временное правительство реальной силы не имеет и ходит по грани, принимая совсем непопулярные в народе законы, по типу повышения налогов. Страна разорена войной и денег на ее восстановление брать неоткуда, кроме как из карманов жителей. А те и так скоро кору с деревьев жрать начнут.

Далее. Ты, наверное, знаешь, что при дворе есть три партии…

— Стоп, — прервал я ее. — Мне докладывали про две.

— Ага. Бывшего графа и герцога, наверное, да? А про Софию, конечно же, промолчали, потому как сами не знают.

— София? Корнуэльская? А она-то тут причем? Забитая девушка, которую не любили родители. Ее пожалеть надо.

— Прекрасно! — иронично захлопала Лилит в ладоши. — Вот так все и думают. А что, если я тебе скажу, что эта бедняжка сейчас — самый влиятельный человек в империи?

— Я отвечу, что это чушь.

— Конечно. Как и большинство тех, у кого об этом спросят. Поверь мне, Сергей, она отнюдь не невинная овечка, а бешеная псина, которая держит свои клыки максимально близко к глоткам своих жертв. И не грызет их лишь потому, что пока не время.

— С аллегориями все понятно, а теперь давай факты. Я уже удивился. Пришло время восхищаться.

— Не вопрос, — Лилит, кажется, смаковала каждое свое слово, буквально упиваясь своей информированностью.