Моя навсегда

— Я задыхаюсь, — запротестовала она, пытаясь освободить голову от плаща: она ведь не переносила замкнутого пространства. В конце кондов ей это удалось, и она жадно глотнула влажного воздуха.

Дождь лил как из ведра. Под аккомпанемент завываний ветра Себастьян направил лошадь к светившимся огням придорожной гостиницы. Прежде всего следовало согреть и высушить эту безрассудную святую, а потом он снова отойдет на безопасную дистанцию, решил Себастьян. Держать Иден в такой близости от себя было дьявольским искушением, чреватым определенными последствиями.

Подъехав к конюшне, чтобы оставить там лошадей, Себастьян нахлобучил на спутницу свою шляпу, и она вновь стала походить на не вышедшего ростом паренька.

— Что, друг, плохая погода для путешествия? — приветствовал Себастьяна конюх, принимая у него поводья.

— Скверная ночь, — отозвался Сейбер, убедившись что длинные волосы Иден надежно спрятаны под шляпой. — Проследи, чтобы лошадей почистили и хорошо накормили. — Он дал слуге монету.

 — Мы с приятелем останемся на ночь.

— Я не…

Себастьян зажал Иден рот и, снова набросив на нее плащ, спустился вместе с ней на землю. По дороге к гостинице она вдруг резко дернулась, так что Себастьян едва не потерял равновесие.

— Это ее карета!

— Чья?

— Элизабет!

— Значит, хотя бы у нее хватило здравого смысла остановиться на ночь в гостинице в такую грозу. Очень жаль, что ближайшие родственники Элизабет не наделены тем же, — поддел Себастьян свою спутницу и вошел в гостиницу.

— Мне нужны две комнаты, — обратился он к хозяину, небрежно развалившемуся в кресле.

— У меня нет двух комнат. — Владелец гостиницы мясистым пальцем указал на таверну, где путешественники — исключительно мужского пола — спали прямо на полу. — У меня есть свободный кусочек пола внизу и апартаменты астрономической стоимости наверху.

— Я заплачу, — без колебаний согласился Себастьян. — И принесите воду для ванны. — Он бросил на стойку несколько монет.

Пока полусонный хозяин искал ключ от номера, Иден изучала список постояльцев.

Когда же она обнаружила там имя Питера Дантона, ее мокрое личико исказилось от ужаса. Боже правый, неужели это именно то, чего она боялась?! — Пошли, парень. — Себастьян взял ее за руку. — Я не…

— Тихо! — шепотом прикрикнул он и подтолкнул ее к лестнице. Она послушалась и больше не раскрывала рта, пока они не вошли в комнату.

— Себастьян, моя сестра здесь с… — Иден сглотнула, не в силах произнести очевидное.