Мой друг тролль

Лишаясь настоящего тела (призрачное – не в счет), эльф начисто лишался способности «вампирить жизнь». Только другой эльф, причем исключительно по собственной воле, мог «влить» в баньши силу. Это мог бы проделать с беднягой Селгариным его дружок Ротгар. Мог бы… Ротгар мог бы сделать баньши достаточно сильным, чтобы тот сумел пройти границу Долины Тумана, или (невероятная щедрость) одарить его по-настоящему, так, чтобы Селгарин сумел уйти в Тир-нан-Ог. Это что-то вроде эльфийского рая, насколько поняла Катя.

Возможно, если Катя согласится добровольно отдаться Ротгару, тот, в свою очередь, одарит Селгарина счастливым по-смертием.

Впрочем, баньши понимал, что Катино расположение не настолько велико. Но все же…

– Нет! – отрезала Катя.

Баньши не стал спорить. Он этого ждал.

– Этот гад все равно вас надует! – заявила Катя. – Плевать ему на вас, разве не ясно?"

"Баньши понимал и это. Но он надеялся. Надежда – последнее прибежище бессильных. Существовать ему оставалось не больше трех дней. Потом – всё. Полное исчезновение.

Когда баньши «удалился», Катя вышла на балкончик и задумалась. Не о баньши.

О Карлссоне.

Ротгар сделал с ним что-то. Что-то ужасное. Карлссону сейчас наверняка очень плохо. Утешало только то, что Карлссон – не человек, а тролль. Как бы ни истязал его Ротгар, все раны Карлссона заживут, стоит тому оказаться на свободе. Карлссон выжил, прошитый пулями, изувеченный падением с крыши. Он храбр, мужествен, умеет терпеть любую боль… Плохо только, что все тролли шведской столицы вот уже вторые сутки не могут его отыскать.

Катя отбросила эту мысль. Нет, об этом даже думать не стоит. Завтра она встретится с Ротгаром – и Карлссон вернется. Так и будет. Всё! Хватит об этом. Думать о чём-нибудь другом. Например, о Димке. Тут, по крайней мере, всё понятно. Понятно, что надо прекращать от него прятаться. Ведь с того момента, когда Катя натолкнулась на Диму в компании Лейки и троллей у ворот Скансена, она изо всех сил старалась не оставаться с ним наедине.

Хочешь не хочешь, а придется теперь с ним объясниться.

Главная трудность в том, что Катя не знала, как сказать Димке, что больше не любит его.

Казалось бы, такая приятная неожиданность – встретить своего парня в чужой стране.