Марш обреченных

"

"Полагаю, поскольку собравшимся здесь удалось отбросить разделяющие нас догмы и встретиться сегодня в этом гостеприимном городе, то вопрос о том, чтобы для успеха нашего общего дела обойтись без помощи друг друга ни для кого не стоит. Сегодняшняя наша встреча – это залог будущего прочного сотрудничества.

– Поистине, в этом знамение для присматривающихся к знакам, – цитирует очередную суру пегобородый шейх.

«Да будет так», – про себя заканчиваю я его фразу: «Вот только посмотрим, что эти знаки означают».

Глава 30

Принципал дрыхнет сном праведника, чем несказанно облегчает нам работу.

Я слушаю запись беседы, пытаясь сейчас в спокойной обстановке проверить алгеброй гармонию речей высоких договаривающихся сторон. Вне всякого сомнения, роль тамады на этой дружеской вечеринке исполнял незнакомец, который, казалось, был связующим звеном между нашим подзащитным и Мансуром аль-Камидом. На журнальном столике передо мной лежат сделанные ветераном французского иностранного легиона фотоснимки. Не то, чтобы они могли претендовать на какой-либо приз самого захудалого фотоконкурса, но, полагаю, в ближайшее время цена их будет исчисляться в астрономических цифрах.

– Ты уверен, что Макс Коулер не останавливался в «Эрмитаже»? – спрашиваю я своего нового союзника.

– Ни в «Эрмитаже», ни в любом другом отеле страны. Более того, по моим данным, человек с таким именем вообще не пересекал границы Монако, во всяком случае, на автомобиле или плавсредстве.

– Источник верный?

– Вполне.

В общем-то это ровным счетом ничего не означает.

С тем же успехом в княжестве можно искать Александра Лукина или нашего Принципала. Нам даже неизвестно, является ли это имя псевдонимом, взятым для работы в России, или же папа и мама Коулеры когда-то наградили им своего кроху-сына.

– Попробуй выяснить, что за человек. – Я щелкаю по носу лежащее передо мной изображение таинственного незнакомца.

– Уже сделано, – кивает Поль.

– И что?

– Если верить французской контрразведке, сей достойный джентльмен является американским дипломатическим представителем в Марселе.

Зовут его Ричард Стюарт.

– Если это тот, кого мы ищем, – хмуро вставляет Валера, – то звать его могут как угодно и должность он может занимать произвольную, от чистильщика обуви до епископа всей Аляски, ежели таковой в природе имеется.

– Забавно, – кивает мсье Лекомт. – Но я не закончил. Рик Стюарт тоже не числится среди въехавших в Монако. По данным из Марселя, сейчас он находится в Париже.