Ловушка для беглецов

Но нельзя ему было сейчас уходить с чердака.

— Ты что, маленький, не понимаешь? Тебя наверняка ищут, — объяснял я ему. — Если увидят, сразу схватят и к этой, тете Клаве. И все — крышка! Усек?

Алёшка вздохнул.

Он рассказал, где живут его родственники. Я дал ему последние указания, и мы втроем подошли к чердачной двери.

Осторожно выглянув, я увидел, как по шоссе проехал грузовик и скрылся за домами нашего поселка. Но туда можно было и не смотреть. Я знал, что с дороги чердак почти не виден.

Его отлично маскировали старые липы, растущие рядом с конторой. Дядя Вася тоже не мог нас заметить, потому что длинная кирпичная стена от полуразрушенного склада надежно перекрывала будку сторожа.

— Все тихо, — сказал я Фимке. — Можно спускаться. Давай ты первый.

Мы сбросили один конец розовой лестницы на землю, второй был крепко привязан к бревну. Выбирать нам не приходилось, слезть можно было только по розовой материи, веревка-то оказалась короткой.

— Страшновато, — откровенно признался Фимка, посмотрев вниз.

— Если хочешь — я первый полезу?

— Нет, ты лучше стой, смотри, чтоб не оборвалось.

Фимка тяжелее меня и не очень ловкий, поэтому я за

него немного побаивался. Но в этот раз у него все получилось не хуже, чем у верхолаза. Он сгреб под себя материю и потихоньку, как нас учили на уроках физкультуры, когда мы лазили по толстому канату, спустился вниз. Конечно, он пыхтел как паровоз и даже два раза стукнулся об стенку, но главное, что он был уже на земле.

— Молодец! — похвалил я его и повернулся к Алёшке: — Ты запомнил? Условный сигнал тот лее — три свистка.

— Паша, а если сторож без вас придет?..

— Не придет, — успокоил я его. — А если придет, спрячься вон под теми корзинами, — я показал в дальний угол чердака, — и последи за ним. Понял?

Алёшка кивнул.

— Ты не бойся — мы скоро. — И я начал спускаться.

Мне очень хотелось показать Фимке, как я лихо умею это

делать, поэтому я держался за материю только одними руками, а ногами отталкивался от стены.

Я видел, так спускаются альпинисты со скал. Но лучше бы мне этого не делать! На середине пути ботинок за что-то зацепился, сгоряча я рванул его, и тут же ноги мои соскользнули со стены, и я больно ударился о выпуклые бревна. Конечно, удержался, не упал, но уже осторожно и не торопясь преодолел остальной путь.

— Пашк, больно?! — подскочил Фимка.