Ловушка для беглецов

 — На всех хватит.

— Да ну — целое! — не поверил я. — Хорошую ткань не выбросили бы. Вон лестница-то дырявая.

— Чего дырявая! — почему-то обиделся Фимка. — И ничего она не дырявая была. Правда, Алешк?

— Это мы с Фимой ее продырявили, — подтвердил Алёшка."

"— Хорошо еще, у меня перочинный ножик оказался, — объяснил Фимка, — я сразу, как нашли мы ее, сразу подумал, что отличная лестница может получиться. Знаешь, какая плотная, даже резать трудно было!

— Постой, постой, где вы ее нашли?

— Бот тут, — Фимка подбежал к левому от двери углу чердака и поднял какую-то большую серую тряпку.

— А может, она и не валяется, — сказал Алёшка, — я ведь рассказывал тебе…

— Что рассказывал? — спросил я.

— Да как он на чердак попал, — ответил за Алёшку Фимка, только все равно ничего не понятно.

— Ну и как ты сюда попал? — спросил я его.

— Вчера ночью, по лестнице, — ответил он.

Я сразу вспомнил, что еще ничего не знаю об этой загадочной лестнице.

— Я вначале под крыльцом спрятался, — продолжал Алёшка, — там хорошо было, только дождик пошел…

— Точно, ночью дождь лил, — подтвердил я.

— Я сидел, сидел под крыльцом, а потом промок и замерз.

— Там же вот такие вот щели, — поддакнул Алёшке Фимка.

Я отлично знал крыльцо конторы. Там на самом деле большие щели. Доски старые и плохо пригнаны друг к другу, и в дождь вода обязательно просочится внутрь.

— А дальше?

— А дальше я вылез оттуда и побежал вокруг дома. Смотрю, а там та самая лестница стоит. А мне холодно! Ну, я и влез по ней на чердак. Хоть и страшно здесь было, но зато сухо и теплее, чем под крыльцом. Я даже обрадовался. А потом услышал, как лестницу убирают. Только я тогда подумал, что это хорошо. Спокойнее, когда никто не может залезть. Я же не знал, что ее уже не поставят обратно. А как рассвело, все у двери ждал, чтоб появился кто-нибудь.

— А кто убрал лестницу, знаешь?

— Нет, я не выглядывал… темно было. Только слышал, как дяденька какой-то сказал: «…сунь куда хочешь, хоть под забор, а я лодку отгоню». Ну, я и подумал, что они о лестнице говорят.

— Видишь, все равно ничего не понятно.

— Подожди, — остановил я Фимку и снова повернулся к Алёшке: — А сколько их было, не заметил?

— Кажется, двое, а может, больше. Я не видел.