Лекарь короля драконов

— Я ужасно натерла пятки и не готова вновь влезать в ботинки, — честно призналась я.

— Юджин! — рявкнул Герхард.

Через секунду над нами навис самый огромный человек, которого я видела в жизни. Его внушительные длинные руки были как два ствола, а грудь расширялась при каждом вздохе, норовя порвать застиранную рубаху. Бородатое лицо с крючковатым носом не отличалось особым интеллектом или добродушием.

Эта толпа странных людей не была похожа на королевский двор, а ведь генералом обычно назначают старшего наследника.

— Как даму, как даму, — замахал руками Герхард.

Юджин что-то пробубнил и перехватил меня под колени. Я только и успела, что пискнуть.

— Это вовсе не обязательно, — сопротивлялась я.

— Леди, пол слишком холодный, — строго сказал Герхард, и я поняла, что спорить бесполезно.

— Ну где вы там, — из-за поворота выглянул Жан, — Амброзий нас заждался.

— Какой еще Аброзий? — возмутилась я, но ответа не последовало.

"Юджин неумолимо шел за Герхардом. Мажордом вел нас в место, которое подозрительно напоминало темницу.

Глава 5.2

Юджин уверенно нёс меня на руках, и мы спускались всё глубже в недра замка. Мрачные коридоры и тусклый свет факелов только усиливали тревогу.

Когда мы добрались до массивной деревянной двери с железными скобами, Герхард остановился и постучал три раза, затем приоткрыл окошка, видимо, предназначающееся для передач, и крикнул.

— Мы заходим!

Честно говоря, это выглядело пугающе. Мажордом распахнул дверь, пропуская Юджина в темницу.

Здоровяк невозмутимо нес меня мимо обгоревших камер. Следы пожара виднелись повсюду. Открытые железные решётки были покрыты ржавчиной и копотью, а на полу валялись остатки обожженных костей. В одной из камер валялись серые тюки, в другой — тряпки, ведра и швабры.

Я в ужасе поняла, что сейчас меня несут прямиком в пыточную камеру. И правда, через минуту мы уже стояли в обители страха и боли, переоборудованной в швейную мастерскую.

У меня были некоторые представления об орудиях пыток, но мне и в голову не могло прийти, что кто-то решит использовать железную деву как манекен для драпировки тканей, а дыбу как гладильную установку. На больших барабанах вместо веревок были нятянуты полотна серой ткани, а на месте, предназначенном для туловища заключенного, стоял чугунный утюг.