Трогать нельзя

Пальчики зарываются в волосы. Царапают. Ох, кайф…

Мы настолько тесно сплетаемся телами, что кажется, будто и разделить невозможно.

Я смотрю в ее лицо, красные щеки, губы влажные, глаза закатывающиеся, и клянусь, красивее ничего не видел никогда.

Она и кончает красиво. Глаз от меня не отрывая, испуганно и ошеломленно впиваясь в мое лицо взглядом.

Это настолько круто, что я тоже не задерживаюсь. И еле успеваю выйти перед тем, как кончить.

Моя сперма на ее татуированном животике смотрится охеренно. Я задумчиво размазываю ее по нежной коже, потом провожу по красным губам пальцами, ещё больше увлажняя их.

— Оближи, малыш, — опять прошу, и она опять послушно облизывает.

И я в этот момент думаю, что, пожалуй, не надо с ней разговаривать вообще.

Только трахать.

Такая польза.

И организму.

И мозгам.

Ненужность разговоров в отношениях.

Что я там говорил про ненужность разговоров в отношениях?

Так вот, это чистая правда. В который раз убеждаюсь, что первая мысль — самая правильная.

Единственно верная.

Потому что попытка после классного секса поговорить со сводной сестренкой на тему невозможности ее общения с другими парнями приводит к скандалу. И к жесткому сексу. Что, вообще-то, неплохо, но можно было и без скандала в качестве прелюдии обойтись.

Так ведь начиналось все хорошо…

Татка, после оргазма и короткого сна в моих руках была такая сладенькая, такая нежная… Я проснулся раньше, смотрел на нее, смотрел…

Вообще, это стало одним из моих самых лучших времяпрепровождений — разглядывание ее сонной мордочки.

Мой друг, самый лучший, Даня, как-то, еще год назад, когда только привез свою Ленку в город, с триумфом, как победитель — завоеванный в тяжелых боях трофей, поделился со мной своими ощущениями от совместной жизни.

И одно я тогда запомнил.

— Знаешь, Серый, — сказал он, с задумчивым и даже мечтательным, сука, выражением на морде, что стоило отдельного запоминания и помещения в календарь, потому что мечтательный Даня… Это, бля, событие.