Хулиган. Его тихоня

— Ты пожалеешь об этом! — прокричала она.

— Мне похуй на тебя. Вбей это наконец в свою гребаную голову!

— В конце концов, она увидит тебя таким, какой ты есть на самом деле. В конце концов, она увидит, что ты просто чудовище! Если нет, клянусь, я…

Все произошло слишком быстро. Настя оказалась у стены, а моя рука — на ее шее. Нет, я не душил ее и не собирался, я не приложил ни капли силы. Я просто хотел поставить ее на место, раз уж иначе она не понимала. Слезы брызнули из ее глаз, в глубине которых теперь затаилась смесь боли и шока.

— Ты опоздала, — процедил я сквозь стиснутые зубы. — Очень сильно опоздала. Потому что она уже знает, что я чудовище. Но если ты попытаешься приблизиться к ней… Ты ведь знаешь, на что я способен? В конце концов, ты же единственная, кто знает, какой я на самом деле.

Она крепко зажмурилась, словно пытаясь отгородиться от меня. Я убрал руку с ее шеи и она распахнула глаза, дрожа всем телом.

— Тебя для нее не должно существовать, — продолжил я тем же грозным тоном.

 — Ты не посмотришь на нее, не приблизишься к ней, даже дышать не будешь одним воздухом с ней. Я узнаю, если ты ослушаешься меня, Настя. Ты знаешь, что узнаю.

Она вздернула подбородок.

— Ты не причинишь мне вреда, — беззвучно промямлила она.

— Не искушай меня, — предупредил я и был рад увидеть искру страха в ее глазах. — Я повторять не буду. А тебе пошла нахуй отсюда! И ключи не забудь оставить.

К счастью, этого хватило для того, чтобы она оттолкнула меня, швырнула ключи и направилась к двери.

Я последовал за ней, чтобы проследить, что она уйдет без всяких фокусов. Взявшись за дверную ручку, она бросила на меня последний взгляд, прежде чем выбежать, хлопнув дверью на прощание. Я ожидал, что ее взгляд будет полон ненависти, отвращения и гнева.

Именно такой реакции я ожидал от нее.

Но в нем не было ничего такого.

Ее взгляд был пустым, отрешенным.

И ощущение было такое, будто кто-то вонзил нож в мою грудь и провернул его.

"

"Я подошел к двери, запер ее и ударил по ней кулаком, не обращая внимания на пульсирующую боль, пронзившую руку. Я издал разочарованный вздох и прислонился лбом к двери.

В голове всплыло бледное, опустошенное лицо Насти. Невидимый нож вонзился еще глубже и я стиснул зубы. Я начал задаваться вопросом — так ли будет выглядеть Ксюша, когда я последую совету Влада и скажу ей, что между нами всё кончено?

Глава 26

26.1.