Хулиган. Его тихоня

Так что, наслаждайтесь моментом, — раздраженно выпалил я, уже находясь на пределе своего терпения.

Я все еще чувствовал легкую усталость после долгой дороги домой после посещения могилы матери на кладбище, о которой знали друзья и не знала Ксюша. И меня пиздец как раздражало то, что они знали это и все равно продолжали издеваться надо мной, проверяя прочность моего терпения.

— Хренов эгоист, — пробурчал Череп.

— Она вам не кухарка.

— Конечно, нет. Будь она кухаркой, Череп бы ее трахнул. Он же падок на всех баб.

— Громов, ты забыл, что сам не лучше? — парировал Череп.

— Нет, это ты трахаешь всех без разбора, а я трахаю исключительно красивых.

— Знаешь, на вкус и цвет…

До нас донесся божественный аромат, прервавшей этот конфликт, созревший на ровном месте. Все повернули головы. Ксюша вышла из кухни с огромной тарелкой в руках. И, если меня не подводило зрение, то это были маленькие пиццы на пару укусов, но в огромном количестве. Она осторожно поставила тарелку на край стола и отошла как раз вовремя, чтобы Даня с Черепом не задели ее, когда те набросились на пиццы, как люди, век не видевшие еду.

— Пицца! — воскликнул Громов, потянувшись к тарелке, в тот самый момент, когда Череп пододвинул ее к себе ближе.

— Это мне! — заявил он, сооружая руками крепость вокруг тарелки.

— Харе забирать все себе!

— Хочу и забираю!

Сказать, что я был в шоке, смотря на этих придурков, — это было ничего не сказать.

— На кухне есть еще одна тарелка, — вмешалась Ксюша. — Я сейчас принесу ее.

Я поймал ее за талию и усадил к себе на колени.

— Пусть они сходят за ней, — сказал я ей.

Ксюша покраснела и попыталась слезть с моих колен, но я крепко удерживал ее на месте.

— Ты здесь не для того, чтобы обслуживать их. Я надеюсь, это все понимают?

Череп тут же кивнул, Влад вообще был отстроенным, но это и к лучшему, а Даня, поднимаясь с кресла, сказал:

— Ясен пень!

А затем он помчался на кухню. Как только он ушел, Череп подтолкнул отвоеванную тарелку в сторону Влада, делясь со своим другом.

Ксюша перестала вырываться и подняла глаза, чтобы посмотреть на меня.

— Пусти меня, — прошептала она.

— Зачем? — усмехнулся я. — Мне удобно, тебе тоже. К тому же ты хорошо смотришься у меня на коленях.

Но я все же решил пойти ей навстречу. Ослабил хватку и позволил ей соскочить с моих колен и сесть в кресло рядом со мной. На сегодня с нее хватит поддразниваний.