Хищная

Уверяла себя, что ненавижу новоявленного сводного брата, но ждала. Потому что подсознательно я понимала, что это не просто какой-то парень. Та одержимость, с которой я изучала его жизнь по соцсетям, всматривалась в каждую его фотографию — была не просто так. Мое подсознание помнило мальчика из детского лагеря.

Но теперь мне больше ничего не остается, кроме как снова не замечать Максима. Как тогда в школе, когда он стал встречаться с Олейниковой. Максим Самойлов снова должен перестать существовать для меня. Теперь уже навсегда.

Отец ввёл Максима в курс дела довольно быстро. Самойлов написал мне сообщение о том, что ждёт всю подробную информацию по сделке уже через три дня после нашей встречи с французами. Я ему не ответила. Я решила общаться с Максимом исключительно через наших секретарей.

Это неудобно. И в такой схеме есть большой риск испорченного телефона, но я не готова разговаривать с Максимом напрямую. Я передала всю информацию своей секретарше, она в свою очередь секретарше Самойлова, а та уже Максиму.

Но недели через две он вдруг начал мне звонить. Я упорно игнорировала каждый входящий вызов.

«Я звоню тебе по делу. Ответь»

Раз по делу, то это к Соколову. Я дала ему задание связаться с Максимом и узнать, что случилось.

— Кристина Игоревна, Самойлов сказал, что ему нужно поговорить именно с вами. Со мной он отказался обсуждать вопрос, — позвонил мне по внутреннему телефону Соколов.

— Ясно.

Я вызвала к себе секретаршу.

— Слушаю, Кристина Игоревна.

— Светлана, свяжитесь с секретарем Самойлова и передайте ей, чтобы она сказала Максиму Алексеевичу, чтобы он написал мне в письме все, что он хочет обсудить со мной лично.

— Хорошо.

Через полчаса мне пришло новое сообщение от Максима.

«Ты издеваешься???????»

Я снова проигнорировала. Я знаю, что это неправильно, что сделка очень важна для нас, а моя коммуникация с Максимом в такой форме крайне плохо может на ней отразиться. Во-первых, я не могу на 100% доверять Соколову, несколько раз я ловила его на грубых ошибках и непонимании дела.