Хочу тебя в долг

— Твоя семья — единственная причина, по которой я не свернул твою шею, — хмыкает Амир. — Иначе бы это дерьмо не терпел. А так дарю тебе аванс. Выслушиваю.

— Я свое слово сказал, — выдает жестко. — Четверг. Двенадцать дня. Уверен, лучшего варианта не найдешь, кого бы не напрягал. Вот и пользуйся моей добротой.

"

"— Кому служишь? — спрашивает вкрадчиво.

Призрак молчит. Выразительно кулаки разминает. Ухмыляется дико и по-звериному, будто мечтает вгрызться Амиру в глотку, еле держит себя на цепи.

— Я стол заказал, — наконец заявляет незнакомец, вроде как снова на компромисс идет, совершает очередную уступку.

— А деду моему тоже подарок оставил? — бросает резко. — На склоне. Прямо перед окнами его кабинета. Самое видное место использовал. Красивый ход.

— Ты знаешь, что не я, — замечает сухо. — Зачем проверяешь?

— Знаю, блондинок любишь, — парирует в тон ему.

— Живых, — выдает коротко.

— Валяй, — заключает Амир. — Веди к столу.

Не верю собственным ушам.

А потом вдруг ужин. Совместный. Прямо как у закадычных друзей.

Ничего себе перемена. Поразительный поворот событий. Обалдеть. Хотя не возражаю. Пусть лучше дружат, чем молотят друг другу морды.

— Выбирай, что понравится, — Амир подает мне красочное меню.

— А ты?

— А я неголоден.

Мы усаживаемся за массивный деревянный стол в углу. Я и громила располагаемся на одной лавке. Призрак присаживается напротив.

Оглядываюсь по сторонам. Здесь битком забито, куча людей вокруг, повсюду ведутся беседы на разных языках. Музыка грохочет, потому доносятся только отдельные отрывки фраз. На потолке приклеены купюры различного достоинства, деньги со всех уголком мира. По всему периметру помещения развешаны красочные флажки. Стены украшены чучелами животных.

Интересное место. Живописное. Удивительно, что в самом сердце Австрии ты вдруг можешь окунуться в атмосферу Австралии.

Выбираю наугад, тыкаю пальцем в мясное ассорти.

Мужчины не заказывают ничего. Вообще. Понятно, никакого алкоголя пить не станут, но и о простом кофе речи не идет. Странный ужин намечается. Похоже, вражда до сих пор в силе, о примирении остается лишь мечтать.