Халид. Во власти врага

Жестко, сильно, больше не двигаясь. Просто держит, пока у меня не вырывается всхлип.

– Больно? – интересуется невинно, но отпускает, поглаживает пальцами пострадавшее место. – А течёшь так, будто тебе очень и очень нравится. Хлюпаешь вся.

– Халид!

Ненавижу его в этот момент. Когда ярко показывает, насколько я никчемна в своей силе. Как всё рушится, когда он так касается, наклоняется ниже. Втягивает губу, посасывает её.

И у меня нет никаких сил спорить, просит остановиться. Даже аргумент в виде общественного места не сработает.

Она окончательно принадлежит Халиду.

– Тише, колючка. Люблю, когда ты тихая.

– Мне тогда может покричать и ты отстанешь?

– Нет, просто заглушу твои стоны.

И действительно глушит. Когда толкается в меня сразу двумя пальцами, прижимается губами. Целует, пьёт мои крики и жар. Кусаю его и получаю такие же укусы в ответ. Как безмолвная борьба, финал который предрешён.

Без вопросов впускаю язык в себя, позволяя трахать рот. Высасывать из меня всю душу, сопротивление. Щетина оставляет раздражение на коже, пальцы сильнее двигаются во мне.

– Халид, - всхлипываю тихо, когда подушечка большого пальца ведёт по клитору. – Не здесь…

– Везде. Посмотри, что ты со мной делаешь.

Ловит мою ладонь, впечатывает в пах. Там стоит так, что стены прошибать можно. А он собирается меня этим ломать, снова. Кусаю его губы, сжимаю ладонь на члене.

Отстраняется под мой протестующий стон. Без его пальцев пусто, внизу горит, требует продолжения. А мужчина спокойно вытирает ладонь о полотенце и улыбается, плотоядно.

Тянется к бляхе ремня, нарочито медленно расстёгивает. Чтобы я могла насладиться каждым движением. А точнее известись ожиданием. Молния издает коротких «вжух», а у меня всё сжимается.

Вот мужчина стягивает боксеры вниз, зажимая член у основания. Смотрю, ожидая, что будет дальше.

На головке блестит капля смазки, которую Халид растирает пальцами. А затем подносит к моему рту. Ничего не говорит, только взглядом приказывает. И я подчиняюсь.

Провожу языком, слизывая терпкий вкус. Посасываю, вбираю полностью. И не отрываю зрительного контакта. Мне до сумасшествия нравится, как темнеет его взгляд, скользит по моим губам.