Халид. Во власти врага

Слишком хорошо, чтобы я смогла сдержать в себе вздох удовольствия. – Давай, Ада, мы разговариваем. Предлагаю игру.

– Ещё одну?

– Эта проще. Даже сделка, а не игра. Мы говорим правду сегодня, до утра. И я даю тебе слово, что не стану использовать информацию против тебя, чтобы принудить или надавить. Просто честный разговор.

– Хорошо. Я первая.

Я агент ФСБ, я враг Цербера. Я столько времени думала и выстраивала планы. Двенадцать лет длинный срок, а всё равно не получила много информации. И эта игра – прекрасный способ.

Могу использовать себе во благо каждое слово Халида, признание. И нанести удар. Я должна оградить себя от того, как ласковы его касания к волосам, как теплота растекаются по телу.

Просто быть привычной Адой, а не разнеженной версией. Но спрашиваю совсем не о Цербере:

– Почему ты пошел в этот бизнес? Не все мечтают стать криминальным авторитетом.

– Я хотел власти, а Цербер её давал.

Халид зрит в корень. Мне хотелось услышать, что так сложились обстоятельства. Просто другого выхода не было и всё. Заставить саму себя поверить в то, что Халид не такой плохой. Его не исправить, не перевоспитать. Но ведь и с Яном было так же.

Он остался таким же бесящим заклятым другом, но если копнуть глубже, то можно было найти что-то другое. Похожее между нами, то, что не отталкивало.

Но мужчина предельно честен, как и обещал.

И отрезает шанс на то, что я смогу увидеть в нём что-то другое.

– Теперь мой черед, Ада. Почему тебе так важно спорить со мной и злить?

– Потому что это всё, что у меня осталось. Последний намёк на свободу, на какую-то борьбу, - слова даются просто, может, из-за того, что я не вижу его лица. – Я меня нет работы, увлечений, нет друзей. Только ты.

– Тебе недостаточно?

– А тебе было бы? Если бы вдруг все дела и встречи отошли на задний план, пропали.

– Я подумаю, что можно сделать. Думаю, Зафар свозит тебя в ресторан, если захочешь.

– Я ведь не об этом говорила, Хал.

– Я знаю.

Хорошо.

Он услышал, уже хоть что-то. Ничего не сделает, я знаю это, вижу его. Такие как Халид привык всё решать самостоятельно, не прислушиваясь к остальным.