Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Те двадцать пар «мессеров» должны были вести бой наперехват и усталость. Да! Их основная задача была утомить нас, дать израсходовать боеприпасы, а вот другая группа и должна была добить полк, именно там были лучшие пилоты Люфтваффе, с которыми схлестнулись ребята Седого. В принципе план неплох, подвело исполнение, да и везение с нашей стороны тоже. Вопросы будут?

– У меня, – поднял руку капитан Быков.

– Говори.

– Что делать будем? Оставлять это просто так… не по-нашему как-то.

– Согласен.

Нужно разработать план с рабочим названием… «Вендетта». Но решать все-таки будет подполковник Середа, когда они с комиссаром вернутся. Главное, чтобы план был готов к их возвращению.

– Товарищ капитан, а когда они вернутся? – поинтересовался Евстигнеев.

– Я звонил в штаб, их отправили в Севастополь, они должны вернуться через двое суток. Вопросы?.. Тогда оперативному отделу штаба приступить к разработке операции. Совещание закончено, можете быть свободны. Двое суток вам, чтобы прийти в себя.

– Товарищ капитан, а куда вы сейчас, – спросил Архипов, хромая следом за мной.

Надев фуражку, я хмуро ответил:

– В госпиталь. Куда же еще?

Пока на полуострове расположилось всего восемь госпиталей, что, откровенно говоря, мало, но в ближайшее время должны передислоцироваться еще несколько.

Навестил парней, хотя меня пустили только к шестерым – остальные считались тяжелыми, и допуска к ним не было. Поговорив с главврачом, поинтересовался состоянием раненых.

– Делаем все, что можем, но наши силы небезграничны. Один совсем тяжелый, но будем надеяться, что выкарабкается, организм молодой, должен выжить.

– Кожедуб?

– Да, он самый."

"– Если нужна какая-то помощь… – начал было я.

– Все в порядке, товарищ капитан, у нас все есть. Того, чего нет, вы, к сожалению, достать точно не сможете, – чуть грустно ответил врач.

Вздохнув, я попросил сообщать, если будет в чем-то нужда. Поможем всеми силами.

В течение двух суток мы разбирались с последствиями того боя.

Фактически боеспособных звеньев у нас осталось три, только они никого не потеряли. Пришлось отправлять в Центр срочную заявку на летчиков и новые машины, пока же полк считался сильно ослабленным. Однако это никак не отразилось на его боеспособности: эскадрилья ночников продолжала летать и уничтожать все, что движется в немецких тылах, а пять звеньев «Лавочкиных» работали по основной специальности.