Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Не полк, а несколько отдельных ударно-охотничьих групп со штабом для административной деятельности, чтобы соответствующие заявки на горючее, БК и прочие хознужды было куда подавать…

В случае необходимости же группы можно мгновенно собрать в более крупное подразделение. Так, возможно объединение, если встретится большое количество самолетов противника. Тут главное – успеть подкрепление вызвать. Моя идея придать полку отдельное подразделение ВНОС была осмеяна: их фронтам-то не хватало, а тут всего лишь полк, хоть даже и специальный.

Так что придётся работать с тем, что есть, хотя реорганизация и усиление существующих постов ВНОС уже началась. Остаётся надеяться, что на том участке фронта, куда нас отправят, с этой службой будет все в порядке.

Полк Стрижа не сопровождал «пешек», как я думал. Нет, они использовали их как наживку, в лучших традициях охотников. Немцы на переднем крае визуально усмотрели бомбардировщики – да и как их не увидеть, когда на головы посыпались бомбы сотки? Причем бомбили «пешки» в пикировании.

Немного шероховато, конечно, поскольку опыта было мало, но работали! В результате фашисты лишились гаубичного дивизиона, стоявшего на позициях в трех километрах от переднего края, и склада боезапаса. Рвануло там неслабо. Причем все это снимал наблюдатель на двухместном «Таире». Опыт будут обобщать и анализировать.

Так вот, на вопли убиваемых пехотинцев было направлено ближайшее патрульное звено «мессеров». Наши это сразу узнали – радиовзвод не спасовал – и приготовились к встрече.

Понятно дело, с «пешками» их не было, не светились, а вот когда появились «худые» и внаглую бросились на наших бомберов, атаковали их с разных направлений. В атаке участвовало всего два звена из эскадрильи капитана Староверова. Одно из-за облаков, второе снизу, пользуясь складками местности для маскировки. В других случаях им незаметно было не – подойти, немцы бы ушли без боя. В результате – три костра на земле и один удирающий на форсаже «мессер». Сбить его не успели, этот ганс увернулся от атаки и плюхнуться на пузо, когда из немецкого тыла навстречу внезапно появились советские истребители. Вот его не засчитали. Наблюдатель заснял, что ближайший «Лавочкин» находился в пятистах метрах и сбить его не мог. Помня мои высказывания о методах работы по уничтожению кадрового летного состава Люфтваффе, на слегка дымящий разбитый истребитель был сделан заход. Так что быстрая посадка не помогла немцу, выбраться из кабины он не успел.