Империя Страсти (ЛП)

Аспен: А если я откажусь?

Кингсли: Мы оба знаем, что твоя киска и теперь твоя задница находятся в полиаморных отношениях с моим членом. Так что твое «нет» просто из вредности.

Аспен: Я больше не хочу заниматься сексом.

Кингсли: Почему?

Потому что я хочу понять, нужна ли я ему только для этого. Если, кроме этого, я практически ничего не значу в его грандиозных планах.

Вместо того чтобы сказать это, я печатаю.

Аспен: Я просто не хочу. Ты не против?

Кингсли: Зависит от продолжительности. Час? Два? Хуже, день?

Аспен: Месяц.

Кингсли: Что за наркотик безбрачия ты принимаешь? Ты что, выбрала религию или что-то вроде того? Настоятельно не рекомендую, кстати. Они не только позорят твоего драгоценного Ницше, но все религии антигедонистичны и должны гореть в аду.

Аспен: Это значит «нет»?

Кингсли: Нет, это что за чертовщина, Аспен? Какого хрена ты хочешь, чтобы мы перестали трахаться как лучшие животные, когда-либо бродившие по планете, на целых тридцать дней? Тебе физически больно?

Я эмоционально ранена, ушиблена и растоптана, и я нуждаюсь в этом, чтобы попытаться собрать свои осколки, но я не говорю ему об этом.

Аспен: Нет, но я все равно хочу этого. Каков твой ответ?

Кингсли: Это гребаное богохульство, и ты это знаешь. Я никогда не жил целый месяц без секса.

Аспен: Так это значит «нет»?

Кингсли: Нет, это не отказ. Я понятия не имею, в какую игру ты играешь. Но ладно, давай сделаем это дерьмо. Только проникающий секс?

Аспен: Любой секс.

Кингсли: Ты конкретно сдурела? Что это за извращенный метод пыток?

Аспен: Прими это или уходи.

Я почти вижу его сузившиеся глаза и раздувающиеся ноздри. Кингсли не из тех мужчин, на которых можно оказать давление, не говоря уже о том, чтобы заставить их выйти из зоны комфорта, и это настоящая проверка того, кто ему нужен — я или мое тело.

Кингсли: А если я откажусь?

Аспен: Тогда между нами все кончено. Ты можешь пойти и удовлетворить свои сексуальные потребности со своими подружками. А именно, с Бритни. А я пойду поищу себе новый член.

Все мое тело напрягается, когда я нажимаю «Отправить». Это последний сценарий, который я хочу. Мысль о нем с чертовой Бритни или любой другой женщиной ранит мою грудь до физической боли в сочетании с тошнотой.

Кингсли: Твоя ревность чертовски мила, и других членов в кадре не будет, если только ты не готова добавить убийство первой степени к моему резюме «облажался». Единственный член, который у тебя будет, это мой после этих чертовых тридцати дней, ведьма.