Гувернантка для герцога

— Могу подтвердить, — вмешалась Алекс.

— Я вас раздену, свяжу руки за спиной, обмажу вам причинное место лососиной и запру на пару с ней в шкафу. После того как она вырвет вам яйца, я превращу то, что от вас останется, в кровавый фарш.

— О господи! — даже с некоторой долей благоговения произнес Чейз. — У вас богатое воображение. Вы это приготовили специально для меня или держите в уме список страшных угроз просто так, на всякий случай?

— Даже не подходите к ней близко! Вы, накладной гульфик. — Эш схватил Чейза за отвороты сюртука.

Чейз стряхнул с себя его руки.

— Слишком поздно для этого.

Глава 23

Как только герцог Эшбери наконец убрался вместе со своими угрозами. Чейз повернулся к Александре и скрестил руки на груди.

— Теперь, я надеюсь, мы окончательно на всем поставим крест. Тебя это убедило?

— Убедило — в чем?

— В том, что я самый худший из стражей и опекунов. В том, что неважно, что я желаю сделать, пусть даже я и люблю этих двух девчонок.

— А, это… Нет, меня это не убедило.

Он хлопнул себя по лбу и застонал.

— Александра, прекрати! Я не смог позаботиться о молодом человеке двадцати лет от роду и уберечь его. И не от каких-то неприятностей, свойственных юности. Я не смог уберечь его от гибели!

Алекс с сочувствием смотрела на него. В голосе сочувствия было еще больше.

— Чейз, мне так жаль!

— Не надо. Тебе не о ком жалеть.

— Почему я не могу посочувствовать тебе? Ты потерял двоюродного брата в результате насилия, при трагических обстоятельствах. Вполне естественно испытывать к тебе сочувствие.

— Ты меня не слушаешь? Я дал слово дяде. Пообещал ему, что глаз не буду спускать с брата. И нарушил это обещание — в самом недостойном месте, в самое неподходящее время. Его ударили кинжалом рядом с игорным заведением, а потом он истек кровью, оставленный в безлюдном месте. А где в это время был я? На убогом постоялом дворе, в постели с девицей.

Александра шагнула к нему.

— Мне просто…

— Я серьезно говорю. — Останавливая ее, Чейз вытянул вперед руку. — Не надо, Алекс. Пожалуйста, не пытайся обнять меня, прижать к груди голову, поцеловать в лоб, погладить по волосам… Не говори, что я ни в чем не виноват и что все меня не так понимают.

Алекс поморщилась.

— Даже не собираюсь этого делать.

— О! — удивился он. — Уже хорошо.