И пришел Лесник! 16 (S-T-I-K-S)

Опасная, сука!

— Не сломал же, чего переживаешь? — не поняла Вика и с округлившимися глазами спросила. — Так вы мне радужную дали выходит? — Она даже ощупала себя и с удивлением обследовала дыру в скафандре.

— Да, подруга. Теперь ты крута как яйца у элиты! — воодушевила её Чума.

— Да, уж! Раскачалась в одно мгновение, — похвалила Вику Лиана. — Полгода человек в Улье и такие результаты, аж завитки берут.

— Мне надо будет тебя глянуть ещё раз, Вика, — проскрипел папаша Кац и уточнил, — как знахарю.

— Спасибо, ребята.

— Тебя почти пополам разорвало, сама не помнишь?

— Не, Вить, не помню.

— Вот, бля! — я всё-таки достал пальцем до подозрительной выпуклости на дне коробочки. Она загудела и начала видоизменяться на наших глазах. Я с опаской выдернул палец и наблюдал как куб трансформируется в плоский прямоугольник. Затем на одном конце прямоугольника возникла ребристая рукоять с углублением для большого пальца, а другая половина разошлась на три полоски-щупа.

— А я знаю, что это! — вскрикнул папаша Кац. — Именно такие размеры между разъёмами в ключе активирующим ликвидаторов.

— Ага, — согласился Сиплый-Витя, — я такие же на тачках внешников видел на приборной панели.

— Ключ⁈ Лесник нашёл ключ! — обрадовалась Вика. — Живём!

— Жень, чего ты там откопал, не вижу отсюда? — крикнула Лиана.

— Ключ вроде, в Вавилон похоже на броневиках внешников поедим, — пробормотал я, недоверчиво разглядывая неведомую штуковину.

* * *— В том году это было у кого хочешь спроси! Весной, точно! — в караульном помещении на северных воротах Вавилона сидели три человека. Двое слушали третьего разинув рот. Рассказчик, франтоватого вида молодой человек с тоненькими усиками и тщательно уложенными волосами развалился в кресле и держал в ухоженных руках флягу с живчиком. — Я тогда в отпуске был и видел всё собственными глазами. Да чего уж там, Вавилон мне обязан своим существованием.

— Брешешь! — вырвалось у мужичка, сидящего напротив. — Где ты, а где Вавилон!

— Побожись, — поддакнул второй.

— Да чтобы мне с этого места не встать! — и на всякий случай рассказчик приподнялся. — А! Видели? Вы хоть были на южной границе, лапти? То-то же, у нас там море. Так вот дал мне ротный отпуск, оплаченный кстати. Две недели и две красных жемчужины.

— Брешешь же, — неуверенно сказал первый Фома неверующий.