Бывший муж. Я хочу нас вернуть

Теперь Чарли уже четыре месяца, но он самая непослушная собака из всех, кого я когда-либо встречала. Неугомонный, бесстрашный и хитрый.

Мы с Дашей смеёмся, машем на него рукой, потому что жалко ругать: ну как наказать существо, у которого глаза круглые, как две пуговки, и которое прижимается к тебе мокрым носом?

Для нас он ребёнок, только пушистый.

— Чарли! Фу! — кричу, но толку никакого. Щенок делает вид, что впервые слышит свое имя. Учебнику конец, слюни, зубные отметины, страницы в гармошку. Но я только улыбаюсь: новый купим, а вот этот лохматый вихрь — уже часть семьи.

— Ну всё… — Даша резко тормозит посреди гостиной, совмещённой с кухней, разводит руками в стороны, — Про учебник можно забыть.

— Не страшно, доча, купим новый, — вздыхаю я.

— Чарли! Стоять! Живо!

Голос Карины звучит строго, будто это не щенок перед ней, а целая армия солдат. Эхо расходится по дому, и я замечаю, как Чарли испуганно дёргает ушами. Он подчиняется мгновенно: обмякает в руках Карины, переворачивается пузом кверху и смешно дрыгает лапами.

— Спасибо, систер, — смеётся Даша, — А ты, шкодник… — и, протянув руку, треплет Чарли по холке.

— Девочки, садитесь за стол, завтрак уже ждёт! — зову я.

И так проходит почти каждое наше утро: шум, беготня, визги, смех и, конечно, Чарли с очередной пакостью. Но знаете… я счастлива. Счастлива до дрожи.

Потому что рядом мои дети, у меня есть любимая работа, должность, уважение.

А с Сашей… С ним мы в тёплых, спокойных отношениях — дружба, в которой есть уважение, и понимание, что нас навсегда связывают дети.

— Ма, я уже опаздываю! — Дашка хватает бутерброд прямо с тарелки, делает большой глоток чая, нацепляет модный рюкзак и, чмокнув меня на бегу, улетает в школу, оставляя за собой только звонкий смех и звон дверцы.

Мы с Кариной остаёмся. У меня сегодня незапланированный выходной, у неё — своя работа, сайты, дизайн, и выходит у неё это так красиво, что я иногда смотрю на её проекты и горжусь до слёз.

— Ты такая задумчивая, всё хорошо? — спрашиваю я, обхватив кружку с кофе ладонями.

— Просто вчера была тяжёлая сессия с психологом, — она опускает глаза. — Столько мыслей новых. Понимаешь, я взрослая, уже девушка. Хочется чего-то настоящего, любви. Но страх… он сильнее. Я не могу подпустить никого близко.

Я накрываю её ладонь своей, согреваю.