Гнев Пламенных

Но-хинец начал ходить вокруг нее, бормоча и раскачиваясь в такт шагам. Затем он опустился на колени и прикоснулся к правой руке Райги.

— Укус да-ёи! — воскликнул Видящий. — Лучше и быть не может."

"Он задрал рукав своего одеяния и Райтон увидел на его коже точно такие же белые следы, как и на запястье Райги. Хайко обернулся к принцу и указал на стол:

— Чашку дай.

Принц схватил щербатую посудину со стола и протянул ему. Безумный змей подставил ее под запястье Райги и сделал пару незнакомых росчерков. Тонкие белые следы от зубов моментально вскрылись, и кровь полилась в чашку.

Затем Хайко сделал то же самое со своей рукой. Все это время он не переставал скороговоркой бормотать что-то на но-хинском. Так быстро, что даже привычное к языку ухо Райтона не могло выцепить знакомые слова.

Затем он подхватил чашку с кровью и опустил туда правую ладонь Райги. А затем осторожно переплел свои пальцы с пальцами девушки. Его лицо исказилось от боли. Пламя на ладони девушки обжигало его, но Видящий терпел. Несколько мгновений он держал Райгу за руку, а потом резко отбросил ее ладонь.

Брови Райтона поползли вверх. От пламени на ладони Хайко остались тонкие алые полосы. И точно также часть черных линий с ладони девушки перешла на его ладонь.

— Что вы делали? — вырвалось у принца.

— Забрал часть метки себе, — ответил Безумный Змей. — Теперь нужно ждать. Она справится сама, со временем. Отнесите ее к Эриге. Только будьте очень осторожны по дороге. У нас тут… нежить развелась.

— Какая нежить? — спросил Ллавен.

Глаза Хайко вспыхнули безумием.

— Те, кто в ночи похищает, смущает, уводит…

Дальше он начал ходить и раскачиваться, обхватив руками голову. Райтон понял, что больше они ничего не добьются, осторожно поднял девушку на руки и понес прочь.

Вопреки предупреждениям Безумного змея, дорога была пустынна. Никто не тронул их и не попытался сожрать. Не верилось, что здесь лютует какая-то нежить.

Только когда адепты въехали в деревню, они заметили разительную перемену. Улицы будто вымерли.

Стояла неестественная тишина. Нигде не слышалось ни звука. Когда они подошли к дому Эриги, то с удивлением обнаружили, что ворота закрыты. Им пришлось довольно долго стучать, прежде чем их узнали и впустили.

Пока они загоняли во двор повозку, и слуги распрягали вола, на крыльцо, хромая, вышла Эрига. Казалось, она постарела лет на десять. Иссохшая рука коснулась лба Райги, а затем бывшая Пламенная сказала:

— Несите ее в дом и расскажите мне, что случилось.