Эпоха мёртвых. Москва

Тогда должны стекла побиться наверху. Потом полезу.

— Один? — удивился Лёха.

— А как ещё? Две лестницы нам не поставить.

В общем, сработало. Резиновые опорные башмаки норовили соскользнуть, но Большой придержал их руками, а мы с Лёхой что было дури дёрнули за шнур, привязанный к ступеньке. Лесенка словно напружинилась и саданула откинутым «клювом» по окну верхнего этажа. И мимо нас пролетел настоящий обвал стекла, только мне с той стороны и не хватало оказаться. Снизу зазвенело, заметалось эхо. Я выглянул — лестница встала вертикально, значит, крюк прошёл через оба стекла, до конца.

Теперь бы только не свалиться, пока я на неё забираться буду.

Глянул вниз и заржал злорадно — один из мертвяков пытался вырвать у себя из плеча длинный и острый кусок стекла, при этом он резал пальцы и странно дёргался.

— Схавал? — крикнул я ему и полез на подоконник.

Забрался, но вот пока по самой лесенке карабкался — страху натерпелся. Лестница упругая, под ногами проседает и как-то жутковато поскрипывает, что за окном, к которому я лезу, мне не видно, зато под ногами собралась уже такая толпа мертвяков, что между ними кошка не проскочит, и все руки тянут.

И воняют. Это другие воняли слабее, или их самих было меньше, а вся эта кодла смердит так, что ком в горле застревает.

Лёха не удержался, терпения не хватило — вылез на подоконник и выглядывает, то вниз, то вверх, и чувствуется, что ни одно из доступных направлений движения ему не нравится.

Подоконник всё ближе.

Видны осколки стекла с острыми краями, в самой раме тоже такие торчат ножами, добивать придётся, иначе располосует. Вот уже и край подоконника, пока никто на меня не бросается, и тихо с той стороны. Заглянул через край аккуратно — с той стороны такая же по размерам комната, как та, из которой я только что выбрался. И дверь в неё приоткрыта, но внутри — никого.

— Че там? — спросил Лёха, облизнув пересохшие от волнения губы.

— Пусто.

Чем бить? А фонариком, что на поясе висит.

Он длинный, крепкий, как дубинка. Им даже череп кому-то можно проломить, буде нужда придёт в таком действии. Вот им мы стёклышки-то и посшибаем… вот так…

На шум и звон никто в комнату не забежал, всё было тихо. Вообще-то этот этаж нам не слишком нужен, нам выше надо, но лучше бы не рисковать.

Вскарабкался в комнату, протиснувшись в раму, пыхтя и потея от страха, вскинул «Сайгу», наведя на приоткрытую дверь. Пусто, пока никого… А в замке ключик торчит.