Дорожный снайпер

Зачем он приходил? Ему надо было или что-то сообщить Сорокину, или что-то у него узнать. А может, получить от секретаря какую-то вещь… Меня, главное, поражает ловкость, с которой он скрылся. Как сквозь землю провалился!

– Если этот человек умеет исчезать, как тень на свету, значит, он мог так же исчезнуть и из кабинета Полубояринова, – заметил Крячко.

– Вот именно! – воскликнул Гуров. – Он был там, в кабинете, был совсем рядом с нами – а мы его не заметили. Да, это настоящий человек-невидимка. И это второй его отличительный признак, кроме умения метко стрелять.

– Что ж, получается, что ты, Лева, становишься у нас главным свидетелем. Ведь ты единственный, кто видел этого странного «заемщика». Тебе завтра же нужно садиться возле монитора и создавать фоторобот преступника.

– Это я, конечно, сделаю, – кивнул Лев. – Потом с этим моим рисунком надо будет обойти всех, кто у нас проходит по делу об убийстве Полубояринова, и тех, кто стал свидетелем убийства Сорокина. Вообще надо показать это фото всем, кто знал убитого секретаря.

Но ты же знаешь, какая узнаваемость у этих фотороботов. На такой картинке человек сам себя иногда не может узнать…

– И тем не менее это у нас сейчас главная зацепка, – убежденно произнес Крячко. – Как ты уже говорил, нам нужно искать стрелка – и к тому же блондина, который умеет ловко прятаться…

Глава 20

Еще вечером, ложась спать, Гуров подумал, что наблюдение за Игорем Сорокиным так и не потребовалось. А вот за Еленой Полубояриновой уже с завтрашнего утра будут наблюдать.

И это хорошо, потому что Елена Аркадьевна становится главным свидетелем. И с ней ни в коем случае ничего не должно случиться… Но это не его забота, теперь другие проследят за перемещениями вдовы банкира Полубояринова.

Придя утром в Главк, Лев сразу сел перед монитором и стал составлять портрет человека, которого накануне мельком видел в приемной Сорокина. Надо сказать, что за все годы работы ему еще не приходилось этого делать – составлять фоторобот самому.

Обычно он, как человек, ведущий расследование, лишь присутствовал при этой операции. А проводили ее два других человека: за пультом сидел сотрудник, владеющий нужным навыком, а рядом свидетель, видевший преступника. Работа по составлению фотопортрета была обычно длительной и тягомотной процедурой. Память то и дело подводила свидетеля, он никак не мог вспомнить, какие же у преступника были глаза, какие уши…

Сейчас такие проблемы перед Гуровым не стояли.