Доллары царя Гороха

Михаил Николаевич мрачно вздохнул:

– У нас с тобой нет таких средств!

Жена притихла. А ведь верно, лабораторных животных придется покупать за свой счет, еще реактивы и много других опытных материалов.

– Вот нищета проклятая, – стукнул кулаком по столу Клара́, – кабы не бедность, дал бы Ваське взятку, и снова мою тему признали бы перспективной.

Васькой звали замдиректора по науке, и все вокруг знали, что он очень любит брать «борзыми щенками».

Примерно года полтора Михаил Николаевич ходил просто убитый, потом неожиданно повеселел.

– Это откуда? – изумилась Гортензия.

Михаил обрадованно воскликнул:

– Мне всегда хотелось такую! Тебе нравится?

– Очень, – кивнула жена, – но где ты ее взял?

– Помнишь Олега Яковенко, моего аспиранта?

– Конечно, очень милый молодой человек, но слегка туповатый, – вздохнула Гортензия, – по большому счету ему не следовало идти в науку.

Михаил улыбнулся:

– Зато его матушка великолепно разобралась, что к чему, и завещала мне мебель. Олег выполнил ее волю.

В душе Гортензии шевельнулось легкое подозрение, но мебель оказалась не новой… И червячок сомнения был зарыт. Потом, на Новый год, Михаил подарил Гортензии дорогие серьги.

– Миша, – ахнула она, разглядывая крупные бриллианты, – где ты их взял?

– Купил, – преспокойно ответил муж, – у одной вдовы, которая распродает старинные вещи. Знаешь, я долго колебался, что брать – шубу или драгоценности. Потом рассудил: шуба новая, пойдут пересуды, перешептывания, станут спрашивать, где деньги взяли.

– Так где ты все-таки деньги взял? – налетела Гортензия на супруга.

Михаил попытался уйти от ответа, но она вцепилась в него, словно бульдог в тряпку. В конце концов муж рассказал ей удивительную историю. Дескать, однажды, когда Гортензия отсутствовала, в кабинете перегорела лампочка.