Дочь врага

Странно было признаться себе, но за то время, что они жили в его доме, Захри к ребенку привык. Его волновало будущее мальчика.

Теперь Азат полноценный, после обряда у него родится сын, наследник, Наг. А что будет с Генри? Ведь он бастард, да еще и без способности трансформироваться. Сможет ли Азат устроить жизнь старшего сына так, чтобы он не страдал постоянно от насмешек и унижений? Мир Нагов жесток и не прощает слабости.

Далеко за примером ходить не надо — Саха. Единственный Белый среди Черных Нагов. Какие только сплетни вокруг его рождения не ходили.

Ладно, в конце концов, у мальчика есть тетя и дядя.

Захри глубоко вдохнул соленый морской и перевел взгляд на супругу. Его любимая Золотая змейка. Устала. Ночь теплая, звезды огромные, словно глаза Шеша*, слышно было, как где-то рядом тихо шуршит море. Они сидели в большом кресле-качалке на террасе крытой пальмовыми листьями хижины, Рази так и спала у него на коленях.

Подумал, что надо укрыть, и механическим жестом вытащил из воздуха легкое покрывало. Укрыл ее и себя. Закрыл глаза, а мысли потекли в другом русле.

Черт бы его подрал, он скоро станет отцом.

По губам расползлась довольная улыбка.

И наконец никуда не надо бежать, можно просто побыть вдвоем. Купаться в море, жариться на песке, ловить крабов и рыбу. Саха сказал, не меньше двух недель.

Две недели спокойной жизни!

Потом можно вернуться в Васан, как раз проверить, что там его служащие… за время его отсутствия…

Дальше пришел сон, и мысли закончились.

* * *Две недели спустя…

Примечание:

* — по индийским легендам — тысячеглавый (по другим версиям семи- или

одиннадцатиголовый) вселенский змей Шеша, прозываемый также Анапта, Бесконечный и т. д..

ГЛАВА 57

Все это время они купались, ловили рыбу и крабов и целыми днями валялись в тени пальм на пляже. Рази загорела, у нее даже нос облупился, а Захри с его гладкой смуглой кожей стал просто бронзовый.

Две недели чудесного отдыха на райском островке пронеслись быстро. Гораздо быстрее, чем хотелось бы. На пятнадцатый день с утра они собрались уходить, а ей было так жаль…

— Ничего, ещщще сумеет вырваться, обещщщаю, — сказал Захри, забирая ее в объятия. — И сюда, и в горы. Ты же снег не видела?

— Нет, снег я… — Рази только успела открыть рот.

А они уже были в их спальне в Васане.

— Нечестно! — крикнула она обиженно.