Дочь врага

Что с ней в этот момент было…

Она чуть на разнесла весь дворец. Душу из Нигара вытрясла, потому что категорически отказался открывать ей портал. Под конец уже хотела с отрядом верных обыскивать окрестности. Умолил старый лис Вихарат. В ногах валялся:

— Госпожа, пожалейте мои седины. Вернется господин, не найдет вас, он же с меня шкуру снимет.

Уговорил ждать.

Захри вернулся через два часа. И с ним Саха. Обветренные оба, перемазанные кровью и фонящие странной чужой магией. Она к мужу бросилась, прижалась и застыла.

— Больше никогда, слышишь? Больше никогда…

Вся злость, все обвинения пропали. Остались одни рыдания. Судорожно обнимала его и всхлипывала.

Потом, конечно, успокоилась, когда узнала, что Далгета заманили в засаду, и пока он бился с наемниками, похитили Леру. В первый момент не поверила, была ошарашена.

— Что, прямо из дворца?

— Нет, конешшшно! — хмыкнул Захри. — Разве она бы усидела? Понеслась на своем апхесе мужа ссспасать.

— А вы что?!

Захри лоб потер и промолчал. Вместо него ответил Саха:

— Все нормально. Наваляли. Теперь долго не сунутся, может, даже несколько лет.

Звучало хорошо. Но вид у обоих был потрепанный, Рази понимала, что ей, видимо, и десятой доли не говорят.

— Но теперь-то, вы мне наконец скажете, в чем было дело?! — спросила она. — Или опять нельзя?

— Теперь можно, — сказал Захри. — Потому что Далгет узнал главное. Завеса над дворцом. Пернатые как-то к этой завесе подключаются и следят напрямую.

Сказать было нечего.

Теперь и в Васане надо было сдирать к чертям старую завесу и устанавливать заново.

Конечно, они ей не сказали всего.

Потому что на самом деле было страшно. И ведь вроде бы готовились, а все равно, когда это случилось, удар оказался внезапным.

И все было бы бесполезно, если бы Лера не справилась. Это так ужасно осознавать, что ты, сильный мужчина, не можешь защитить свою женщину.

Думать, осознавать — все это Захри собирался делать на свежую голову завтра. А пока они с Сахой просто отправились снимать магическую завесу с Васанского дворца. Потом вдвоем ставили. К ночи Саха ушел порталом.

У него еще наверху оставались дела.

Можно было тоже уйти, но Рази не захотела.

— Это мой дом, и никакие птицы не заставят меня отсюда убраться.