Добровольно проклятые

Он никогда и никому в этом не признался бы, но бессонные ночи, проведенные за попытками что-нибудь взломать, а потом аккуратно замести следы, давались ему все трудней. Пора бы уже повзрослеть и перестать доказывать всем, что он лучший, при каждом удобном случае."

"Погрузившись в эти мысли, Ваня не заметил, как идущие впереди друзья остановились, и едва не снес затормозившего прямо перед ним Нева. Пожалуй, будь это кто-нибудь другой, Ваня разразился бы едкой тирадой, но дружка любимой сестрицы, который им обоим годился в отцы, он уважал и в глубине души даже слегка побаивался.

Ваня тоже поднял взгляд и тогда увидел его. Или ее. Или их. Белоснежный, огромный, но не громоздкий, а какой-то хищный фургон перегородил половину парковки. Вторую половину перегородил его прицеп, который не уступал ему по размерам.

– Что это? – удивленно выдохнул Ваня. От неожиданности – по-русски.

К счастью, этот вопрос звучал по-чешски почти так же, поэтому Карел с гордостью сообщил:

– Мобильная лаборатория. Оборудована спутниковой связью и интернетом, имеет медицинский отсек и приборы для базовых полевых исследований воды, воздуха и грунта. Шесть спальных мест, кофемашина, микроволновка с функцией духового шкафа и холодильник. Пока я забил его пивом, а там посмотрим. Да, еще тут есть санузел: душ, раковина и туалет.

Если бы Ваня снял очки, все увидели бы, как оживает его взгляд, как загорается детским восторгом, словно после стольких лет он наконец узнал, что Дед Мороз все-таки существует. Он подошел к Карелу, дружески хлопнул его по спине, а потом – невиданное дело – обнял за плечи и с чувством заявил, опять не утруждая себя ни английским, ни тем более чешским, которого все равно не знал:

– А ты все-таки классный мужик, Дворжак-старший.

Он потрепал его по затылку, взъерошив до того момента лежавшие идеально волосы, и почти вприпрыжку устремился к фургону, не зная, куда влезть сначала: в него или в прицеп. Даже про свой чемодан забыл.