Деривация.

Продублировал сообщение Чинару.

— Командир, — подал голос Артём. — Вижу конкретных бармалеев. Человек шесть.

В конце улицы Паша разглядел несколько человек, короткими перебежками переходящими улицу.

— Боярин, вижу шесть человек в конце улицы, — сказал Паша в эфир. — Если это ты, прикажи своим остановиться. Прямо сейчас!

— Есть, стоим, — ответил Боярин.

— Не, эти продолжают движение, — сказал Паша. — Мы их гасим.

— Бог в помощь, — отозвался взводник.

— Данные для стрельбы? — спросил Шабалин Костю Бурмана.

— Тысяча сто, — отозвался наводчик.

— По готовности огонь! — приказал Паша.

Борзов сделал три выстрела, Бушуев два, но ни одну цель поразить не удалось — пули ложились где-то рядом с бегущими боевиками, не попадая в них. Рассчитать упреждение не получалось — боевики бегали с разной скоростью, замерить которую на узкой улице не представлялось возможным.

— Пулемет бы сюда, — сказал Костя.

— Или АГС, — добавил Паша.

Снайпера тихо переговаривались между собой, выстраивая общую понятную версию отсутствия результата, которую не стыдно было бы рассказать сослуживцам.

— Вон он идёт, — сказал Костя.

Из-за поворота выехал песочного цвета ГАЗ-66 с установленной в кузове ЗУ-23, стволами смотрящими назад. Машина спокойно прошла мимо двух танков, стоящих у окраины и было даже видно, что танкист, высунувшись из люка, приветственно помахал водителю рукой. Но спустя несколько секунд эта мирная картинка была разрушена: стоящий метрах в двухстах танк резво повернул башню и точным выстрелом попал в кабину.

— Да что же ты делаешь? — крикнул Паша, сопровождая свой крик крепкими выражениями. — Ведь предупредили же!

— Сейчас я ему фары врублю, — в отчаянии вырвалось у Борзова.

Он подхватил винтовку и перелёг с другой стороны камня.

— Борзов! Отставить! — крикнул Паша.

— Дальность до танка, Костя!? — крикнул Слава.

— Отставить! — повторил Шабалин и подскочил к Борзову: — Ты что делаешь, Слава?

— А какого хрена он наших раненых мужиков убил? — в запале с надрывом крикнул Слава.

— Спокойно! Спокойно! — ровным голосом сказал Паша. — Никому ты ничего не сделаешь!

В рации раздался вопль отчаяния:

— Барс! Я же просил предупредить!

— Я же предупредил, — отозвался Шабалин, и сам тут же вышел на Игоря Барченко: — Чинар, садыки «шашигу» накрыли!

— Да вижу, — тоже с надрывом отозвался Игорь. — Уроды, как им еще объяснять?!

— Что же делать?

— Как что делать? — возмутился Чинар.