Древесный маг Орловского княжества (том 4)

А затем даже посохом замахнулась.

— Ах ты словоблуд несчастный! Дерзкий мальчишка! Я тебе покажу. А ну рассказывай, что с Давыдовым сотворил⁈

Похоже, ревизия не откладывается. Она вообще отменилась!

— Тёть Чернав, ну посмотри на меня, бестолоча? — Стою на своём. — Где я, а где Давыдов, м?

— Ты дуру из меня не делай, Тёмный.

Смотрит на меня почерневшими глазами, как ведьма. Вот сейчас уже готов и прибить тварь такую, потому что надоело терпеть. Остаётся лишь призрачное чувство благодарности, что выходила после сечи на Калининских топях.

Отшатнулась вдруг Чернава, глазами заморгала часто. Да ну⁈ Испугалась что ли?

— Ты это… — начала спокойно, взгляд уводя. — Не вздумай меня дурить. Хорошо?

— Да что вы, тёть Чернав. У нас же уговор, — пытаюсь со всей серьёзностью с ней. — Просто Морозова умотала, что я сделаю?

— Умотала, — согласилась грымза, отступая ещё.

— Плюс не надо забывать о сказанном, — говорю, затаив дыхание.

— Поясни–ка, — снова нахмурилась, уставившись.

— Вы сказали, что до прибытия ревизии я должен достать вам то самое.

Грымза скривилась, глаза аж огнём загорелись.

— Ах ты сучёнок, — прошипела. — Всё–таки твоих рук дело.

— Не понимаю о чём вы, тёть Чернав, — поднимаюсь и пячусь к выходу. — Только спокойно.

— А то что, племянничек? — Шипит.

— А то морщины раньше времени появятся, — отшучиваюсь и дальше строго. — Послушайте, госпожа Огарёва. Вас никто за язык не тянул. Если мы сотрудничаем, то каждый из нас за свои слова в ответе.

У Чернавы глаз задёргался. А с посоха искры все ссыпались.

— И ещё, — добиваю на волне успеха. — Я тут отъеду на бал в Орёл. Князь Вячеслав пригласил. Вы ведь не наделаете глупостей в моё отсутствие, да? Тёть Чернав?

— Ты это брось, — фыркнула.

— Не понял?

— Не поучай меня, понял? Сосунок, — заворчала.

— Вот и договорились! — Воскликнул и подмигнул ей. — Не шалите с ректором сильно. Пожалейте сердце старика.

Выскочил уже под крики в спину.

— Да чтоб тебя, олух!!"

"Шутки шутками, но теперь Чернава — заноза в моей заднице. Особенно острой она станет, когда до идиотки дойдёт, что Книги в Академии больше нет. Но об этой проблеме поразмыслим теперь по возвращении.

На новые занятия уже не пошёл.