Бог Ярости

Лэн подмигивает мне, прежде чем закрыть дверь, заперев меня с Николаем.

Моя рука медленно опускается на бок, пока я изучаю его. Он одет не в те джинсы и футболку, что были на нем вчера вечером, его волосы завязаны в хвост, а лицо… блять.

Злость и недовольство. Его губы сжаты, а глаза темные и яростные.

Но, по крайней мере, они не пустые. Я могу справиться с яростью.

Одна проблема.

Он не смотрит на меня.

Он ни разу не посмотрел на меня с тех пор, как вошел. Его взгляд устремлен в пол, а обе руки засунуты в карманы.

— Николай…?

Резкий вздох вырывается из его расширенной груди, челюсть сжимается, а бицепсы напрягаются, заставляя татуировки перекатываться.

— Ты посмотришь на меня или хочешь уйти…

Он поднимает голову, и слова обрываются у меня в горле. Страх и ярость, затаившиеся в его глазах, лишают меня дара речи, полностью поглощая его.

— Как ты мог? — он направляется ко мне, в его голосе вместо гнева звучит страх. — Как ты мог попытаться бросить меня? Разве ты не знаешь, что я больше не могу жить без тебя?

Как только он оказывается в пределах досягаемости, я беру его руку в свою.

— Прости меня. Я думал… я думал, что ты сочтешь меня слабым и отвратительным. Мысль о том, что ты теперь видишь меня по-другому, преследует меня, Николай. Я не хочу тебя потерять.

— Но ты не против, если я потеряю тебя? Без тебя я просто оболочка, Брэн, — он притягивает мою руку к себе и прижимает к своей груди. — Эта штуковина бьется только для тебя и из-за тебя.

— Мне так жаль. Меньше всего я хочу причинить тебе боль.

— Не извиняйся.

— Я обещаю, Нико. Никогда больше. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы исправиться. Я буду ходить на терапию и ковыряться в себе, чтобы стать достаточно сильным, чтобы заслужить тебя. Только не оставляй меня, пожалуйста.

— Даже если ты будешь умолять об этом. Я люблю тебя, цветок лотоса, и это значит, что я буду рядом с тобой во время всех твоих битв с демонами. Я буду убивать их вместо тебя, если ты позволишь.