Баран и жемчуг

"

"Если сейчас леди скажет… если скажет… Он стрельнул глазами в сторону постели, где сейчас так некстати валялась его сумка, из которой он утром доставал флакон с обезболивающими пилюлями. Значит, сначала придётся сбросить на пол сумку, а уже потом…

– Не торопитесь, – угадала его намерения Маргарет и забрала у него чашу, снова наливая её до краёв. – Позвольте мне позаботиться о вас, – она опять отпила немного вина, протянула чашу Морису и прошептала: – Вы ведь позволите?

– Смотря как будете заботиться, – он хлопнул до дна и вторую порцию вина, потому что именно это требовалось сейчас, чтобы не спятить.

– Я постараюсь, – фея забрала у него чашу и поставила на стол, рядом с кувшином. – Очень-очень, – а потом она привстала на цыпочки и поцеловала его в губы.

Мир встал с ног на голову, но Морис сразу отмёл все переживания и заключил фею в объятия, пока она не отрастила крылышки и не улетела. Или не влепила ему очередную пощёчину.

– Вы это серьёзно, леди? – спросил он, прежде чем начать целовать её самому.

Ответа он не ждал (как бы она ему ответила, если рот занят?), но первые несколько секунд осторожничал, чтобы не получить ножкой от табуретки или ещё чем похлеще. Но фея не сопротивлялась и целовала его с пылом и удовольствием. По крайней мере, обхватила его за шею, закрыла глаза и прижалась всем телом. Что это, если не согласие?!

– Сейчас… – пробормотал Морис, с трудом заставляя себя оторваться от феи, которая вдруг решила его осчастливить, и бросаясь к кровати.

Сумка и покрывало полетели на пол, а вслед за ними – и пустая бутылка, каким-то образом оказавшаяся под одеялом. Морис дважды сунул кулаком в подушку, чтобы была помягче, и обернулся, готовый уложить свою фею на перину и зацеловать до полусмерти.

Леди Маргарет наблюдала за ним с улыбкой, изящно уперевшись указательным пальцем в подбородок.

– Что? – Морис внезапно смутился и оробел.

Может, перестарался? Или не так понял? Но как можно было иначе понять то, что произошло?

– Вы всегда такой торопыжка? – спросила Маргарте, подходя к нему и останавливаясь так близко, что можно было чуть опустить взгляд и увидеть начало нежной груди под кружевами.

– Что?.. – переспросил Морис и всё-таки не выдержал – оттянул пальцем вниз кружевную горловину и чуть не умер на месте, увидев то, что сегодня ему удалось погладить через ткань.

– Под рубашкой ничего нет, – сказала Маргарет тихо и таинственно и начала расстёгивать его поясной ремень.