Баннерет

Айлин наконец-то стянула с меня гамбезон и тельник. Её пальцы осторожно коснулись повязки, насквозь пропитавшейся кровью. Староста вновь оторвался от своих бумажек и окинул меня неожиданно заинтересованным взглядом. Должно быть краем глаза приметил шрамы, оставленные на память Урсолаком.

— А вы, сир Генри, и впрямь человек бывалый, — хмыкнул Пешик, — Не расскажете, от кого этот подарок.

— В другой раз, — отмахнулся я. Желания разводить долгую демагогию, пересказывая ему подробности встречи с урсолаком, у меня не было, — А сейчас предлагаю не терять время и перейти сразу к делу.

Я осекся, заметив, что не только староста пялится на меня. С не меньшим интересом меня разглядывала и его жена. Вот только был то интерес совсем иного рода.

Впрочем, заметил это не только я. Айлин тоже. И одарила бедную девушку таким красноречивым взглядом, что та всё поняла без слов и дальнейших разъяснений. Та подобрала юбку, гордо вздёрнула подбородок, всем своим видом пытаясь показать, мол, ничего подобного ввиду не имела и поспешно вышла из горницы.

— Так вот, о делах, — продолжил я, повернувшись к старосте, — Что касается моих людей — им я полностью доверяю. И им тоже будет полезно знать о том, что именно мы планируем дальше. Беды не случится, если они вместе с нами сядут за стол и мы обсудим… Ваше затруднительное положение, — я ухмыльнулся, мысленно прикинув какое впечатление должна производить на среднестатистического кмета моя жутковатая улыбка, и добавил, — как цивилизованные люди.

На лице старосты, вопреки моим ожиданиям, не дрогнул ни один мускул. Похоже, видал он улыбочки и похуже моей. Или за годы своего «правления» научился мастерски скрывать свои эмоции. Пешик немного помолчал, ещё раз смерив каждого из нас подозрительным взглядом, а затем коротко кивнул, соглашаясь с моим предложением.

— Так что у вас, собственно, произошло. Из-за чего весь этот шум? — поинтересовался я, когда все уселись на отведённые им места.

— Сами же слышали уже, небось, от босоты, значица этой, — нахмурился староста, — Сегодня во время бурана выкрали у нас людей. Семью скорняка в полном составе. Самого мастера, бабу его и ребятишек. Вломились прямо в хату, вытащили их из постелей и растворились в ночи.