9 месяцев до второй встречи

Дама располагает меня все больше, хотя с ее словами я спорю."

"– Я люблю своего сына больше всех на свете, – заверяю ее, – хочу быстрей научиться ухаживать за ним. Скоро ведь выписка.

Женщина машет короткой каштановой шевелюрой.

– Ты просто умничка, Аврора.

Она ищет глазами, куда присесть. А я оглядываю ее. Простые джинсы и серый свитер Елены наверняка недорогие, но так симпатично сидят. И ботики под бахилами милые. Вряд ли сотрудница фонда щеголяет в люксовых брендах. Скорее всего, умеет подобрать одежду.

По крайней мере, на вопросы ее анкеты отвечаю легко и охотно. Слегка мнусь на пункте родителей. Но Елена Матвеевна заверяет – они не выбирают полных сирот. Ведь отцы и матери девушек могут быть самыми разными, не все бросятся помогать с малышом.

– Я никого не осуждаю, – заверяет Елена, – наоборот, стараюсь хотя бы в малюсенькой степени найти союзников в родне наших мамочек. Сама я так мечтаю о внуках! Бог дал нам с мужем только одного сына.

Она грустно улыбается. Мне хочется приободрить милого человека.

– Вы станете лучшей бабушкой, – говорю от души, – а ваш сын еще молод?

Мне неважны подробности жизни Елены, я лишь поддерживаю разговор. Та качает головой.

– Полгода назад отмечали его тридцатилетие, – она вдруг хихикает, – знаете, мой покойный муж взял с него слово – если до тридцати он не найдет невесту, пусть женится на дочери наших старых друзей.

Елена мечтательно прикрывает глаза. А вот мои распахиваются и выходят из орбит.

В моей палате сидит мать Антона! Надо отдать ей должное, при успешном сыне и обеспеченной семье она такая простая в общении. Но на этом позитив заканчивается.

Значит, Ястребов сосредоточен на карьере, а претенденток на серьезные отношения рассматривает под лупой?.. Ко всему прочему, он уже «сосватан» прямо в лучших традициях аристократии. Не удивлюсь, если такой безупречный наследник семейства высоко ценит «волю» отца. Хотя по мне это полный бред, конечно. Ох, я никогда не раскатывала губу на Антона, но тут меня накрывает лавина эмоций.

Обидно, что я оказалась лишней страницей в такой безупречной книге его жизни.