1000 не одна боль

Я стояла под теплыми струями душа, смывая с внутренней стороны бедер его семя и смотрела на мраморные стены, на свое отражение в них… А что если он прав и я превращаюсь в животное с которым можно делать что угодно? Что если я уже не человек?

А ведь я могла бы попытаться… могла бы попробовать быть с ним другой и может тогда я смогла бы сбежать. Как он сказал? Я не заслуживаю доверия? А что если мне это доверие заслужить?

Мочалка медленно скользила по телу, пока я думала о том, что должна измениться. Иначе мне здесь не выжить.

"Когда я вышла из душа тоска, которая все эти дни сводила меня с ума и не давала жить спокойно начала отходить на второй план. Я распахнула свои шкафы и долго смотрела на разноцветные наряды, пока не выбрала цвет, который ему нравился — темно синий и белый. Я попробую… я больше не буду животным. Никто никогда не превратит меня в зверя, покорного своей неволе.

— Запомнила какие цвета мне по нраву или выбрала просто так?

— У меня прекрасная память…

Ответила и опустила веки.

— Отлично… я надеюсь она больше тебя не подведет никогда.

Он взял меня за руку и вывел из своей спальни. Было странно идти с ним вот так по коридорам, держась за руки.

Пока мы ехали он рассказывал мне о том, что я вижу из окна, рассказывал где мы и как называется это место, приводил примеры из исторических событий.

Вначале я играла в заинтересованность потом мне и правда стало интересно, потому что Аднан оказался прекрасным рассказчиком и у него был невероятно красивый голос, который хотелось слушать постоянно. Его рука все еще сжимала мою ладонь… это то мешало, то я забывала о своей неприязни и тогда невольно сама сжимала его пальцы.

Когда мы приехали в город и автомобиль затормозил у красивого белого особняка я судорожно глотнула воздух. Красивый дом. Невероятно красивый. Я такие видела только в интернете на картинках и никогда даже не мечтала оказаться в таком лично.

— Это твой дом, Альшита.

— У меня ведь нет имени и документов… как он может быть моим?

Тихо возразила и посмотрела Аднану в глаза.

— Есть. У тебя все есть. Ты находишься здесь более чем легально. Моя женщина не может быть никем.