1000 не одна боль

Что тебе пообещали? Деньги?

— Работу обещали… во Франции. Я рассказывала. Проверь… ты же опытный, проверь. Никого не было.

— Именно это я и собираюсь сделать прямо сейчас. Боли твоей хочу. Кричи для меня! Громче кричи и может жива останешься!

Я сильно сомкнула веки, когда его руки разодрали мои ноги в стороны, придавливая колени к полу. Дернулась, когда вошел пальцами, растягивая, причиняя боль, не лаская. Унижая и заставляя застыть от паники и ужаса.

— Узкая… поэтому решил, что первый. Ты узкая маленькая шлюшка, Настя.

Хрипло стонет мне в ухо, придавливая меня всем весом к полу. Я дернула руками, и веревка сильнее сдавила горло. Меня всю трясло, и я покрылась бусинками холодного пота.

— Очень узкая, очееень, — от боли я распахнула глаза и зашлась в немом крике. Его пальцы сменило нечто иное, оно растянуло меня с такой силой, что я даже не смогла закричать, только хватать воздух широко открытым ртом. Дернулся вперед и мне показалось что меня разорвало изнутри, и обжигающая боль сковала низ живота и ноги.

Я прокусила губы до крови и впилась ногтями в доски, застыв от напряжения, а потом силой дернула руками, натягивая веревку. Сдохнуть. Я хочу сдохнуть прямо сейчас! Но он не дал, размотал веревку и освободил руки, и я тут же в рыдании впилась ногтями в его плечи, пытаясь оттолкнуть.

Аднан сделал толчок и проник в меня намного глубже, приподняв ягодицы горячими пальцами, впиваясь в них, чтоб я не отстранилась.

Мне казалось, что, если он двинется еще раз я умру от боли.

Я не вынесу эту пытку. Я не могу. Это ужасно. Ничего прекрасного в этом нет. Я смотрела в потолок застывшим взглядом сквозь пелену слез, которые лились по щекам.

Пусть меня казнят теперь. Я не хочу домой и не хочу жить. Ничего не хочу.

Аднан вдруг ослабил хватку взял меня за лицо, всматриваясь в мои глаза.

И толкнулся снова, стиснул мне лицо, набрасываясь на мои губы своими губами, проталкивая язык глубже мне в рот, а я не могу выносить его внутри, не могу выдержать этого адского жжения.

Боль не стихает, она бесконечно адская.

Внутри меня разрывало на части, я не могла пошевелиться опасаясь, что будет еще больнее, если такое вообще возможно.

Почувствовала, как его губы скользнули по подбородку вниз, к шее, вызывая только омерзение и ужас, желание, чтоб все закончилось побыстрее.

— Альшитаааа, твое тело слаще чем я мог подумать… твой запах своди с ума.