Зимние костры

Бренна побелела как мел, словно при виде восставшего из могилы мертвеца. Седрик тоже побледнел, но быстро пришел в себя и надменно усмехнулся.

— Зачем ты притащил меня сюда, Хаардрад? — презрительно бросил он. — Тебе следует знать, что такое насилие не останется безнаказанным!

— Какое именно насилие, Седрик?

— Ты слишком долго ждал, чтобы свести старые счеты! — засмеялся Седрик, но веселье тут же испарилось, и нескрываемая ненависть зазвучала в словах. — Прошлое давно умерло! Твой брат убил моего, и наши отцы посчитали, что этого достаточно! Теперь ты снова жаждешь крови!

— Прошлое не имеет ничего общего с твоим пребыванием здесь.

— Неужели?

— Ты знаешь эту женщину? — Гаррик подошел ближе и показал на Бренну.

Седрик с деланным недоумением уставился на Бренну, словно видел ее впервые, и расплылся в улыбке:

— Хорошенькая девчонка, раньше я ее не встречал. Бренна почувствовала, как все внутри сжалось, словно от удара, и подняла глаза на Гаррика, пристально наблюдавшего за ними обоими.

— Он лжет, Гаррик! — отчаянно воскликнула Бренна на норвежском, так, чтобы понял Седрик. В голосе девушки звучали боль и смятение. — Клянусь тебе, он лжет!

— Это уже не имеет значения, Бренна.

— Не правда! Имеет!

— Скажи ему правду! — повернувшись к Седрику, умоляюще попросила Бренна. — Поведай, как вы похитили меня!

— Эта девка безумна. — Седрик пожал плечами, разыгрывая недоумение. — Что за бред она несет!

— Лжец! — взорвалась Бренна, трепеща от безумной ярости.

"Она выхватила из ножен всегда висевший на бедре клинок:

— Но на этот раз я не промахнусь!

Гаррик выбил кинжал из руки Бренны прежде, чем она сделала шаг к Седрику.

— Он, связан и беззащитен, Бренна. Мы не убиваем безоружных людей.

Гнев и обида Бренны были так велики, что она пронзительно закричала. Подумать только, после всего, что ей пришлось пережить, после всех испытаний Гаррик предпочел поверить Седрику! И она ничего не может поделать! Но тут впереди неожиданно забрезжил крохотный огонек озарения, и надежда засияла в ее глазах.

— Мой клинок пронзил его грудь, Гаррик, — поспешно сказала она, — и хотя он не умер от раны, все равно должен был остаться шрам — доказательство, которое ты ищешь.

Гаррик подошел к широко ухмылявшемуся Седрику.

— У меня много шрамов! — уверенно заявил он.